71

Я шоколадный Костя

СЕМЬ человек на моих глазах совершали чудовищные поступки: расчленяли скальпелем свежайшие шоколадные конфеты, секли их почти в труху и большую часть хладнокровно выбрасывали в желтые пластиковые корзиночки. В них грустными коричневыми горками уже лежали останки растерзанных "Петушков", "Дамских капризов" и чего-то столь же роскошного и благоухающего. Я поперхнулся чаем. Женщина в белом халате похлопала меня по спине и объявила: "Коллеги, продолжаем работать конфетный цех!" Рабочая дегустация на шоколадной фабрике шла своим чередом.

"СПРЯЧУСЬ где-нибудь и наемся до отвала" - такие мысли возникали в голове, когда меня за полчаса до дегустации вводили в курс шоколадного дела, показывая конфетный цех. Стройными рядами ползли конфеты. Неописуемый аромат валил с ног почище пулемета, провоцируя на мелкий криминал. Та-а-ак... Пока никто не смотрит. Одну конфету в рот, две в карман. И еще. И еще...

Обознатушки-пережратушки

"НАЧИНАЕМ. Сегодня у нас 25 сортов. Чай у всех? - главный технолог Ольга Лопатина строгим взглядом окинула стол. Все закивали. - Ирочка, налейте Константину, а то он стесняется попросить... Костя, специально для вас объясняю. После каждой пробы следует отпить немного чаю и ополоснуть ротовую полость, освежить рецепторы... Что ж, "Черная смородина", помадная, улучшенная этикетка, завертка хорошая, плотная обтяжка..." - и с этими словами занесенный скальпель вонзился в плоть конфеты. Я же, не дожидаясь официального начала, сунул в ротовую полость образец целиком. Вкус смородины, безусловно, чувствовался, а вой запущенного кариеса был без жалости подавлен усилием воли. Но я потянулся за следующей конфетой...

"Константин, не торопитесь, у вас никто не отнимет. А вот если будете пробовать по целой конфете, то дегустация затянется, притупится вкус. Кстати, сознайтесь, когда были в цеху, не удержались от искушения?" Я сделал максимально честные глаза, замотал головой, проглотил наконец "смородину", степенно взял скальпель и приготовился. "Следующий сорт - "Петушок". Пралине, жареный тертый орех. Вот сейчас и проверим, Костя, вашу правдивость. Возьмите этот кусочек, положите на язык, подождите секунды три, пока начнет таять, и размажьте его по нёбу. Чувствуется вкус?" Вкус чувствовался. Но какой? Вкусовые пупырышки, убитые дегустацией в цеху и десятилетним стажем курильщика, молчали. "Какой вкус? - в унисон моим раздумьям строго спросила Ольга Васильевна и, обернувшись на коллег, погрозила пальцем. - А вы ему не подсказывайте!" "Ну, такой вкус, - стал выкручиваться я. - Ну вкусный вкус. Ореховый такой. В общем, годится".

"Н-да. Сколько успели съесть во время экскурсии? Понятно. И ели, конечно, без разбора? Ну, разумеется, что я спрашиваю... Если даже не распознали жареный арахис. Ладно. Продолжаем..."

Жадный самурай

ИЗ ПОСЛЕДУЮЩЕЙ дегустации меня исключила собственная жадность. Нет, набивать рот свежайшими конфетами и шоколадом мне никто не запрещал. Я, конечно, лопал если не по целой конфете, то уж по половине - точно и вдумчиво кивал головой, подтверждая правоту дегустаторов. Но поддержать профессиональный разговор не мог. Разнообразные термины вроде "чистый горький вкус", "кристаллов сахара нет" казались мне китайской грамотой. Однако мало-помалу я стал сдавать. Шоколад не лез в горло, и никакой чай уже не помогал. Это было особенно обидно, поскольку дегустация шла по восходящей - от более низких сортов к более высоким. Ма-а-аленькие кусочки "Вдохновения", "Красной Москвы" и "Трюфелей" проскочили для меня как нечто очень вкусное, но одно и то же. А когда начался карамельный цех, я скис. Не было ни охоты, ни возможности оценить натуральное пюре или процент начинки. Сплошное страдание. Шоколадное харакири. К тому же слопал я, наверное, граммов четыреста, и меня подташнивало.

"Да ну, что вы! - удивилась Ольга Васильевна. - К шоколаду мы относимся спокойно. Это все мифы, легенды, мол, работники шоколадной фабрики мечтают о селедке. Дегустации у нас каждый день, но переедания нет, и мы не страдаем. Разве что новички вроде вас накидываются и наедаются шоколадом до отвращения. Впрочем, шоколад нам на праздники все равно лучше не дарить..."

Шоколадная мораль была такой: краденое впрок не идет. Сначала это выяснилось во время дегустации. А отдаленные последствия проявились дома, когда я сунулся в карман и влез в какую-то липкую массу. Это оказались конфеты, подрезанные в цеху...

Смотрите также:

Также вам может быть интересно