Примерное время чтения: 4 минуты
71

Соло на бересте

Наши предки когда-то практически всю домашнюю утварь мастерили из березовой коры. Сегодня в Подмосковье этот промысел сохранился только в г. Юбилейном.

РУКИ мастера прикасаются к материалу бережно и быстро, как будто к бесценному музыкальному инструменту. Кажется, еще немного - и родится музыка. Позади меня стеллаж, заставленный уже исполненными "мелодиями" из бересты - шкатулками, блюдами, баночками, лукошками, сундучками, сумочками и даже погремушками. Десять лет назад врач Александр Апанасенко увидел старинный женский сапожок из бересты: "Он меня так поразил, что захотелось сделать самому такой же. Специально ездил учиться в Нижний Новгород. Потом уж и других стал учить".

Сейчас под началом Александра Апанасенко в двух небольших комнатках, насквозь пропахших дегтем и деревом, работают 4 человека. Несколько изрезанных школьных парт, стеллаж, типографский пресс, опилки на полу - и не скажешь, что в такой обстановке может родиться настоящее произведение искусства. Тем более что мастерят его не специальными инструментами, а подручными средствами, которым мастера нашли новое применение. Дырки, например, в берестяных тесемочках проделывают обыкновенным дыроколом, зазубренные края создаются с помощью портняжных ножниц, эффект "машинной швейной строчки" - портняжной разметкой.

Береза - светлое дерево

А ВОТ технология производства из бересты осталась прежней. Сейчас, как и в давние времена, березу обдирают на кору в мае - июне. Потом очищают ее от белых "лохмушек", нарезают, склеивают, обрабатывают особым составом из скипидара и воска и расписывают. После обработки береста похожа на кожу человека - такая же мягкая, теплая. "Береза - уникальное дерево, - говорит Лариса Бочкова, - ее издревле считали целебной. Из веток делают банные веники, настой из почек помогает от сердца и простуды. Да и вообще дерево это светлое - радость дает. У меня сын недавно умер. Так только береста меня и спасла. Прихожу сюда, беру ее в руки - и тоска уходит".

Верчу в руках лукошко из бересты и не могу отделаться от мысли: горе может быть у каждого, а вот превратить его в такую красоту дано не всем. "На самом деле ничего сложного в этом нет, - говорит Ирина Устинова. - Все мы раньше работали в сфере, далекой от народных промыслов. Я, например, испытатель самолетов, Лариса - связист, Галина - картограф, а Нина - продавец. Мы уж давно на пенсии. Чтобы научиться простейшим приемам, нужно всего несколько месяцев. Главное - душу вкладывать. Тогда и самому захочется работать, и людям радость будет".

Изделия мастериц продаются в Германии и Греции

ИЗДЕЛИЯ из "юбилейной" бересты закупают несколько московских салонов. Мастерам делают заказы на определенную вещь. О подмосковных умельцах знают даже в Германии и Греции. Только вот как пробиться на международный рынок, если нет признания в собственном городе? "Из желающих учиться и работать по бересте - очередь, - говорит Александр Апанасенко. - В основном люди пенсионного возраста и инвалиды. Для них это не только возможность заработать, но и почувствовать себя нужным. А у меня нет даже просторного помещения, куда людей посадить". Сейчас мастерицы работают в здании городского историко-художественного музея. Несколько лет назад под музей было выделено здание бывшей детской поликлиники, сгоревшей дотла. Понадобилось два года, чтобы ее заново отстроить, провести электричество и отопление. "Нас приютил музей, - продолжает Александр Апанасенко, - но у него самого нет средств. С переменным успехом мы стараемся найти спонсоров. Самое обидное, что наше дело вполне может приносить доход не только музею или городу, но и области. Ведь мы единственные в Подмосковье, кто занимается берестой".

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно