Примерное время чтения: 5 минут
49

СКОЛЬКО ДАЛИ БЫ ОСТАПУ?

Перечитывая роман "Двенадцать стульев", многие, наверное, прикидывали, какой приговор вынесли бы Бендеру, окажись он под судом. Ведь это только на словах Остап чтил Уголовный кодекс, а на деле его похождения вполне подпадают под статьи УК. Давайте вместе перелистаем некоторые страницы любимой книги, сверяясь с законами того времени. В архиве Института государства и права РАН нам удалось отыскать УК РСФСР, вступивший в действие с 1 января 1927 г.

"В ПОЛОВИНЕ ДВЕНАДЦАТОГО с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошел молодой человек лет двадцати восьми".

Вошел и, как вы помните, сразу попал в поле зрения агента Старгуброзыска, искавшего на рынке похитителей пишущей машинки. К счастью, астролябия, которую продавал Остап, в розыске не числилась. Повезло... Но сам Бендер, как ни крути, - личность подозрительная. Ни денег, ни квартиры, нет даже пальто и носков под штиблетами.

Да и планы у него самые что ни на есть криминальные: афера с картиной или многоженство. Но знакомство с Воробьяниновым, происшедшее 25 апреля 1927 г., радикально их меняет. Все застилает бриллиантовый дым...

"В коридоре к уходящему Бендеру подошел застенчивый Альхен и дал ему червонец.

- Это сто четырнадцатая статья Уголовного кодекса, - сказал Остап, - дача взятки должностному лицу при исполнении служебных обязанностей".

Тут Остап блефует. В 114-й статье тогдашнего УК речь идет о неправосудном приговоре, вынесенном судьей из корыстных побуждений. А дача взятки - это ст. 118. Но, поскольку Бендер самозванец и в пожарной охране не служит, значит, он просто мошенник (ст. 169 - до 2 лет лишения свободы).

"Это, - сказал Остап, - гигант мысли, отец русской демократии, особа, приближенная к императору.

- В лучшем случае - два года со строгой изоляцией, - подумал Кислярский, начиная дрожать. - Зачем я сюда пришел?"

Председатель артели "Московские баранки" довольно точно оценивает ситуацию. На дворе нэп. Времена ревтрибунала давно прошли, даже печально известная 58-я статья в ту пору выглядела куце, а о грядущих "тройках" и ОСО пока еще никто не знает. Недаром всех арестованных членов "Союза меча и орала" в романе просто выпускают под подписку о невыезде.

"Остап вынул из бокового кармана золотую брошь со стекляшками, дутый золотой браслет, полдюжины золоченых ложечек и чайное ситечко.

Ипполит Матвеевич в горе даже не сообразил, что стал соучастником обыкновенной кражи".

Гражданка Грицацуева - законная супруга Бендера. Так что подвести великого комбинатора под статью 162 (кража) прокурору было бы сложно. Остап наверняка выкрутился бы. Да и сама потерпевшая заявление подавать бы не стала, ей куда важнее пропавшего мужа вернуть...

"А мои инструкции? - спросил Остап грозно. - Сколько раз я вам говорил, что красть грешно!.. Самое большое, к чему смогут привести вас эти способности, - это шесть месяцев без строгой изоляции".

Нет, каков демагог! Отчитав Кису за срыв операции по изъятию стула у гражданина Изнуренкова (ст. 162), Бендер сам отправляется на дело. Его визит к бедному Авессалому под маской судебного исполнителя тоже криминал - это ст. 169 (мошенничество).

"Дайте мне договорить. Удивительное хулиганство! Ко мне в комнату залезли какие-то негодяи и распороли всю обшивку стула. Может, кто-нибудь займет пятерку на ремонт?"

Никифор Ляпис возмущается вполне справедливо. Но только это не хулиганство, а ст. 175 "Умышленное истребление или повреждение имущества, принадлежащего частным лицам" - лишение свободы до 6 мес. или штраф 500 руб.

"Остап отнес стул на корму и наставительно сказал:

- Стул будет стоять здесь до ночи. Я все обдумал. Здесь никто почти не бывает, кроме нас. Давайте прикроем стул плакатами, а когда стемнеет, спокойно ознакомимся с его содержанием".

А вот это уже посерьезнее. Стул - театральный реквизит, т. е. государственное имущество. Кстати, по той же ст. 162 п. 2 "концессионерам" пришлось бы держать ответ и за стул, похищенный из редакции газеты "Станок". Штрафом, увы, не отделались бы. В лучшем случае - год тюрьмы.

"Милиционеры заплатили, деликатно осведомившись, с какой целью взимаются пятаки.

- С целью капитального ремонта Провала, - дерзко ответил Остап, - чтоб не слишком провалился".

Если бы менты не деликатничали, а сцапали Бендера с поличным, то, учитывая сумму выручки (всего-то 15 руб.!), Остап, как мелкий мошенник, получил бы месяцев 6 исправительно-трудовых работ.

"Вы - верный друг отечества, - торжественно сказал Остап, запивая пахучий шашлык сладеньким кипиани. - Пятьсот рублей могут спасти гиганта мысли".

Бедняга Кислярский! Похоже, он стал жертвой вымогателя (ст. 174) - до 3 лет лишения свободы. Но, поскольку Бендер опять блефует и никакого парабеллума у него нет, это дело явно глухое.

Вместо послесловия

Итак, господа присяжные заседатели (читатели), как говаривал мой подзащитный, лед тронулся! Да, у подсудимого были кое-какие прегрешения перед законом. Но ведь он любил и страдал. Любил деньги и, как многие из нас, страдал от их недостатка. Так неужели мы занесем над этой "головой с высоким лбом, обрамленным иссиня-черными кудрями", меч правосудия?! Нет, господа, Остап-Сулейман-Берта-Мария Бендер-бей неподсуден и бессмертен.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно