Примерное время чтения: 6 минут
303

"Мумий Тролль": мыльный пузырь? голый король?

ВЕСНА. Организм измучен неравной борьбой с дурацкой русской зимой. А тут еще повсеместная так называемая раскрутка последнего альбома группы "Мумий Тролль" с привычно дразнящим воображение названием "Точно РтутьАлоэ"! Как же не воскликнуть с горечью: и это - наша сегодняшняя группа номер один?! Лик лидера которой почли за честь запечатлеть на своих обложках едва ли не все существующие в природе журналы нашего многострадального государства?!

ДАВАЙТЕ будем честными и "разуем" уши. Налицо: а) почти полное отсутствие ярких мелодических находок, б) почти столь же полное отсутствие широкого спектра тональностей (бесконечный ля-минор), в) одна-единственная, универсальная для всех песен затасканно-кошачья вокальная интонация, г) полные отъявленной "воды" вычурные сексуально-победоносные тексты с дозволенными лишь гению Лагутенко ударениями на безударных слогах (а ведь от Высоцкого до БГ всех бы тут корили за лень, халтуру, похотливость и преступную небрежность), д) уперто-хардроковая гитара с дубовым звуком 70-х, однообразно диссонирующая с одинаково томным вокалом 80-х...

Время Паниковских

ОТКУДА же взялся этот поистине мистический вирус повального легковерия и куриной слепоты, вот уже почти три года заставляющий крупнейших расейских рок-авторитетов - от Троицкого до Макаревича - и практически всю российскую так называемую "музыкальную критику" (не говоря уж о народе) видеть в группе "Мумий Тролль" венец творения?

За ответом на этот вроде бы неразрешимый вопрос попробуем обратиться в самое неожиданное место... Нет, вы не угадали: имеется в виду Франция. Уроженец и подданный этой страны, культовый в среде всевозможных интеллектуалов философ Жан Бодрийар еще двадцать лет назад (опережая события в сфере масскультуры) в своей книге "О соблазне" заявил: "В нынешний период постмодернистского перепроизводства экономика рыночного накопления уступает место экономике желания. И теперь на художественном рынке доминирует не подлинный шедевр искусства, а соблазняющая стратегия хитроумного артиста, его способность точно "попадать в нерв" жаждущей новых, свежих и острых ощущений толпы".

Бескомпромиссная аутентичность склоняет голову перед инженерией хамелеонства: Андрей Битов и Владимир Маканин уступают авансцену русской литературы Виктору Пелевину так же, как Петр Мамонов и Дмитрий Ревякин устало освобождают лыжню рок-культуры для блистательного проезда Илюши Лагутенко. Гомер, Мильтон и Паниковский...

Вспомним, как все начиналось: страна впервые увидела своих героев (точнее, одного героя - Илью) в 1997 году в клипах на песни с дебютного альбома "Морская": "Кот кота" и "Утекай". У имевшего место культурного шока были свои три источника: 1) непривычная для сермяжной страны разнузданно-гибкая пластика солиста, 2) непривычно качественный и модный английский звук, 3) непривычно стильные (для русскоязычных песен по телевизору) томно-эротичные интонации и тексты.

С точки зрения, так сказать, высокой культуры и искусства ни в чем тут не было ничего особенного. Можно вспомнить соответственно: 1) того же Мамонова, рядом с гениальными телодвижениями которого Лагутенко в плане пластики - в лучшем случае глист или головастик,

2) что запись едва ли не кого угодно в лондонской студии в сопровождении местных сессионных профессионалов неизбежно заставляет вспомнить притчу о медведе с гармошкой, 3) что еще в предыдущем десятилетии тем же самым, но на куда более высоком художественном уровне занимался чуть ли не весь английский new wave, а в России - например, "Оберманекен" и "Миссия: Антициклон". Только по телевизору это тогда не показывали - а значит, как бы и не было этого ничего и появилось лишь сейчас...

И сегодня в рамках российского музыкального шоу-бизнеса это, бесспорно, было прорывом, переворотом, революцией. В чем же заключалась ее суть?

Момент для прорыва был выбран безупречно. Посудите сами: ведь даже если понятие "лагутенковский гений", будучи произнесено вслух, автоматически спровоцирует любого цивилизованного человека на продолжительный вербальный цинизм, то продюсерский гений мозга всего предприятия Леонида Бурлакова, надо полагать, не может быть оспорен никакими скептиками.

На безрыбье и Лагутенко - Джаггер

А ПРОДЮСЕРСКИЙ гений Бурлакова не мог не заметить, что если совсем немного лет назад в постсоветской России пресловутый музыкальный шоу-бизнес как серьезная структура однозначно не существовал, то эдак с 1995 года он внезапно поистине простерся над нашими бескрайними просторами. И в первую очередь в лице FM-станций. 1995 год на этой ниве принес нам "Русское радио" - первую качественно звучащую радиостанцию, совершившую нечто невиданное: бросившую в элитный эфир, где до того заслуженно царили нормы западного, "иностранного" звука, песни на русском языке!

Возникший в том же году концептуально-модный журнал "ОМ" был вынужден (в ситуации отчаянного безрыбья) рассматривать в качестве своих ультрапередовых музыкальных героев таких, мягко говоря, художественно сомнительных персонажей, как Богдан Титомир или Лика Стар.

Здесь-то и подсуетился Бурлаков. Уже на следующий год он, оценив ситуацию, поместил Лагутенко "на доводку" в соответствие современным аудиотребованиям в пресловутую Alaska Studios London. Порядком устаревший "нововолновой" вокал Илюши был там осовременен актуальным "бритпоповским саундом" а-ля Blur & Pulp, которые счастливым образом и низвели известную элитарность new wave до демократических ушей трансевропейского простонародья. Впрочем, в видавшей виды Великобритании, которую долго еще будет тошнить от мяукающей голубятни ее вокального мэйнстрима 80-х, голос Лагутенко вряд ли смог бы оказаться востребован, во всяком случае, в ближайшее десятилетие. Зато у нас на родине, где местные "раннеперестроечные ньювэйверы" исстари мыкались позади стройных рядов героев отечественной рок-революции, эта снайперская комбинация из незаезженного декаданса 80-х и ностальгической гитарной наивности 90-х в нужное время заслуженно угодила в заветное златоносное яблочко. Программные директора продвинутых FM-станций и редакции журналов плакали от счастья, простирали руки и преклоняли колена. Изголодавшийся народ быстро подтягивался... Клипы прокрутили. Музыкальному бизнесу России был задан новый стандарт. А набранным по сусекам в компанию к Лагутенко так называемым музыкантам группы "Мумий Тролль" оставалось только выходить на сцену и кланяться восхищенной публике.

...Отвечая на вопрос, вынесенный в заголовок статьи, скажем: да нет, на самом деле ни то ни другое. Гораздо хуже. "Мумий Тролль" - это серьезно. "Мумий Тролль" - это диагноз. Диагноз состояния нашей музыкальной культуры. И пока этот диагноз будет оставаться на пьедестале, никакого движения в ней не будет.

От редакции. На фоне всеобщей "троллемании" этот материал смотрится "белой вороной". Но вызов брошен. Делитесь, господа меломаны, своим мнением о нашей музыкальной сцене. Самые интересные письма будут опубликованы.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно