Примерное время чтения: 8 минут
77

Для контроля за выполнением Договора РСД - РМД подготовлено 400 советских инспекторов. Май 1988-го: надежды на мир и обновление

В преддверии встречи на высшем уровне в Москве редакция получила несколько сот писем, касающихся советско-американских договоренностей по ограничению вооружений, перспективам ликвидации ядерного оружия. Наш корреспондент В. Войтенко встретился с начальником Управления МИД СССР по проблемам ограничения вооружений и разоружения В. П. КАРПОВЫМ и попросил его ответить на наиболее распространенные вопросы читателей "АиФ".

КОРР. Виктор Павлович, насколько реально завершить работу над документами по 50-процентному сокращению стратегических наступательных вооружений к визиту в СССР президента США?

КАРПОВ. Работа идет. К нам поступают сообщения, отчеты делегаций. Разрабатываются конкретные формулировки для включения их в текст договора и в сопутствующие документы.

Реально ли рассчитывать, что в оставшееся время, до конца мая, можно будет все завершить? Пока реально. Подчеркиваю - пока. Если мы столкнемся с затяжкой со стороны американской администрации (а такая тенденция есть), времени может и не хватить. Есть несколько крупных вопросов, по которым стороны еще не нашли взаимопонимания.

Стороны, например, подтвердили, что они будут придерживаться договоренности о соблюдении и невыходе из Договора по ПРО. Речь идет о том, чтобы юридически оформить это в виде соглашения и приложения к нему в виде протокола, который содержал бы некоторые дополнительные меры контроля, облегчающие сторонам реализацию этой договоренности о соблюдении Договора по ПРО. Вот здесь, как говорится, собака и зарыта.

Мы предлагаем американской делегации простой путь: берется текст договоренности по этому вопросу от 10 декабря 1987 г., добавляется юридическое оформление, то есть положения о вступлении в силу и сроках действия. До сих пор при обсуждении этого варианта мы наталкиваемся на позицию, связанную с представлениями, которые американская делегация выдвигала еще до декабря прошлого года. По-прежнему пытаются подменить декабрьскую договоренность формулой, которая давала бы возможность записать, что вместо соблюдения Договора будет достигнута договоренность о его замене новым договором, который разрешал бы переход к иной системе, основанной на развертывании стратегических оборонительных средств.

КОРР. Чем объяснить появление подобных препятствий?

КАРПОВ. Здесь много факторов, в том числе и определенные разногласия, существующие в Вашингтоне - и в администрации, и вокруг нее. Трудно делать однозначные выводы, но, видимо, есть определенная настороженность у правых кругов в отношении действий американского президента, госсекретаря. Неопределенность в отношении того, как будет развиваться избирательная кампания, какие вопросы выйдут на первый план, тоже играет свою роль.

КОРР. Виктор Павлович, мы так часто слышим о фактах несоблюдения американской стороной различных договоренностей, что невольно возникает вопрос: а не нарушат ли американцы и в этот раз положения Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности?

КАРПОВ. Сейчас по Договору о РСД-РМД впервые устанавливается жесткая система контроля, которой не имели прежние советско- американские договоренности по контролю над вооружениями. Возьмем Договор по ПРО 1972 г. - там не предусматривалось какой-либо инспекционной системы. Каждая из сторон контролировала другую национальными техническими средствами.

КОРР. Это была недоработка?

КАРПОВ. Нет, и мы и американцы тогда полагались на контроль со спутников, радиолокационных станций и т. д. Сейчас же контроль за выполнением Договора о ликвидации РСД-РМД будет осуществляться путем сочетания как этих национальных технических средств, так и разветвленной системы инспекций. Инспекций как на постоянной основе, так и других, организованных на основе очень краткого по времени уведомления - за 24, 48 часов.

После сообщения через Центр по уменьшению ядерной опасности о том, что инспекционная группа вылетает в страну, уже по прибытии будет делаться уведомление о том, какой конкретно объект подлежит инспекции. В течение 1 часа должны быть прекращены любые работы, связанные с изменением положения на этом объекте, с тем чтобы инспекционная группа могла видеть всю реальную картину. Инспекционная группа имеет право этот объект осматривать 24 часа на предмет выявления тех обстоятельств, которые у нее вызывают подозрения, либо, как это предусмотрено в самом Договоре, проверять точность информации, которая сообщена в меморандуме об исходных данных.

Через 30 дней после вступления Договора в силу и мы и американцы будем иметь право в течение 60 дней инспектировать друг у друга все объекты, которые заявлены в меморандуме об исходных данных. Инспекции подлежат объекты на территории США, Англии, Бельгии, ФРГ, Голландии, Италии. Американцы инспектируют объекты, находящиеся в СССР, ГДР и Чехословакии.

На постоянной основе будет производиться контроль за непроизводством ликвидируемых вооружений на выходе с двух заводов: у нас - в Воткинске (Удмуртская АССР), в США - в г. Магна (штат Юта). Практически контрольные функции будут выполняться уже через 30 дней после вступления Договора в силу.

Подготовка к этому идет очень активно, американцы побывали в Воткинске, им предложили конкретные варианты размещения инспекторов, организации контрольного пункта на выезде с завода.

Создается и проходит подготовку инспекционный корпус в составе примерно 400 человек, которые будут с нашей стороны осуществлять инспекции в США и западноевропейских странах. Такая работа еще никогда не производилась, в ней залог того, что с самого начала обе стороны будут иметь полную гарантию того, что другая сторона не сможет предпринять действия, противоречащие положениям Договора.

КОРР. Виктор Павлович, если говорить о ваших личных наблюдениях, трудно ли сейчас работать с американцами по сравнению с прошлым?

КАРПОВ. Вы знаете, американцы - народ практичный, я бы сказал, скрупулезный. Если уж что-то вырабатывается, то весьма тщательно, в деталях. Поэтому работа с американцами по согласованию формулировок, положений договора требует больших затрат энергии и времени, внимания, сосредоточенности. В общем, работать трудно, но я думаю, что это тот путь, по которому надо идти.

КОРР. Мы говорим, что согласны на такое радикальное сокращение ядерных сил, при условии что США в течение 10 лет не выйдут из Договора по ПРО и не будут испытывать оружия в космосе. Но ведь потом США все равно могут начать развертывать СОИ, а нам придется восстанавливать то, что мы уничтожали?

КАРПОВ. Гарантии, что США через 10 лет не начнут развертывать СОИ, конечно, нет. Но вот в чем мне представляется позитивная перспектива сокращения на 50% стратегических наступательных вооружений.

10 лет не будет оружия в космосе. Советский Союз и США сократят вполовину свои стратегические вооружения. Создается новая, качественно новая обстановка, и в силу объективных, присущих ей характеристик она будет диктовать необходимость найти подходы к обеспечению взаимной безопасности.

Уже многие американцы задаются вопросом; нужна ли СОИ при нынешнем уровне вооружений, есть ли вообще смысл развертывать эту программу, когда действительно уже будет вырисовываться перспектива сокращения и дальнейшей ликвидации ядерного оружия?

Против СОИ много факторов. Прежде всего - технические. Те широковещательные задумки, о которых говорил 23 марта 1983 г. президент США, если трезво размышлять, не обеспечены. Нельзя создать на 100% защиту от баллистических ракет. Потребуется развесить в космосе тысячи платформ с соответствующими ракетами, лазерами, другими средствами поражения. У американцев нет сейчас средств доставки в космос такого количества груза, и до середины 90-х годов ничего такого не предвидится. Это первый фактор.

Второй фактор: система, действующая в космосе, должна обладать повышенной надежностью. В силу сложности электронной системы объективно она такой надежностью обладать не может. Вывод из строя каких-либо ключевых элементов означает потерю эффективности работы каждого последующего слоя. Сбой в системе быстродействующих компьютеров, выполняющих миллиарды операций в секунду, - сбой в каком-то одном звене может привести к тому, что система получит совсем другие команды. Она парализуется или начнет работать в другом режиме.

Иными словами, здесь масса технических вопросов, которые пока не поддаются решению. С этой точки зрения некоторые американцы и смотрят сейчас: нужно ли вообще все это делать? Не лучше ли обеспечить безопасность путем взаимного сокращения вооружений, обеспечения гарантий неприменения оружия друг против друга?

КОРР. В таком случае, может быть, СОИ в действительности и не так опасна, как об этом у нас говорят?

КАРПОВ. Мы иногда находимся в плену собственной пропаганды. Бывает, что разрабатывается тезис, который пропагандисты наши всячески аргументируют, а по истечении времени обнаруживается, что очень уж большое значение мы придали СОИ, наступает момент, когда можно реально взглянуть на перспективы подобных работ. Главное: если обеспечить соблюдение Договора по ПРО в течение достаточно длительного срока, вопрос о СОИ, как мне кажется, можно будет не просто отложить, а поставить его по-другому, уже в новых условиях и решить его так, чтобы не пострадали интересы всеобщей безопасности.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно