215

В БУТЫРСКОЙ ТЮРЬМЕ СИДИТ ОКОЛО 5 ТЫС. ЧЕЛОВЕК. Приглашение на казнь

За стенами "Бутырки", среди нескольких тюремных корпусов, стоит мрачная "Пугачевская башня", где, как рассказывают, приводят в исполнение приговоры, за которыми ничего, кроме вечной тишины, уже не бывает. Говорят также, что мимо охраны по ночам здесь бродят привидения, зажигаются и гаснут случайные огоньки... Охранники, несущие службу вокруг башни, не знают, что происходит внутри. Тех, кого сюда привозят, они видят лишь раз. Внутри работают "палачи", прокурор, врач и начальник тюрьмы. "Высшая мера наказания", еще ее называют "исключительной", - это тайна за семью печатями. Поэтому она рождает самые невероятные слухи и догадки.

Как расстреливают, неизвестно. Ходит легенда, что при Сталине это делала женщина из своего любимого оружия - "маузера". Будто когда-то ее изнасиловали, и она решила посвятить свою жизнь мести за поруганную честь. Теперь говорят, приговоренного запускают в узкий коридор, закрывают за ним дверь, и когда он идет в тупик, стреляют сзади в затылок. По другой версии ему сначала замеряют рост и устанавливают в специальной узкой камере ствол автоматического пистолета таким образом, что пуля безошибочно врезается в затылок. В этом случае действует фотоэлемент, который включает оператор. Некоторые утверждают, что расстреливают несколько человек из внутренних войск МВД. Пятерым военнослужащим выдают четыре карабина с боевыми патронами, а одному с холостыми. Никто не знает, у кого что. Зато дырки в теле потом считают. Смерть констатирует врач. Дальше в присутствии прокурора и начальника тюрьмы труп поступает в специальный контейнер для сожжения.

Пепел развеивается по ветру. Родственники казненного получают лишь краткое извещение, что приговор исполнен. Один бывший охранник внешнего периметра башни утверждает, что исполнители приговора служат всего пять лет. Но все это слухи, никак, к сожалению, не подтвержденные и не опровергаемые руководством изолятора...

Нельзя с уверенностью сказать, что нам удалось приоткрыть эту тайну, но прикоснуться к ней нам все-таки было позволено. С приговоренными к смерти работают специально выделенные для этого офицеры. В сопровождении одного из них мы и отправились в камеру смертников. Кстати, здесь стараются не употреблять этого слова и всегда поправят: "Не спешите, вдруг помилуют"... Чтобы попасть в зал, где расположены камеры приговоренных, необходимо просочиться через несколько специальных "шлюзов" из железных дверей, каждая из которых откроется только в случае, если вы закрыли за собой предыдущую. Охрана "специального" зала ничем не отличается от обычных надзирателей "Бутырки" и вооружена тоже только резиновыми дубинками:

Перед тем как открыть камеру, офицер предупреждает: "Времени немного... За что приговорили не спрашивать..." Впоследствии нам лишь намекнули, что у тех, кто сидит здесь, на совести не одна человеческая жизнь...

Дмитрий Пикалов, на вид года 23, сразу согласился поговорить. Но в камере он оказался не один. "Сосед" по камере, наоборот, отвернулся от нас и потребовал, чтобы его увели на время разговора.

- На режим, на содержание не жалуюсь. Одно раздражает: прогулки здесь для нас не предусмотрены. В этой камере нахожусь уже три месяца. И только один раз воздухом свежим подышал, на небо посмотрел. Хорошо что не один здесь сижу, конечно, легче вдвоем...

О грустном стараемся не говорить и не думать, хотя второе сложнее... Разговариваем о Боге. Сосед мой верующий человек, молится, молится... (В камере среди прочих вещей - сигарет, кое-каких продуктов - лежали книги. В основном это были томики Библии, молитвенники и другая духовная литература). Я уже давно решил креститься, это нам позволено. Вот только что- то священника долго нет. Обещали, правда, что непременно придет...

- До сих пор еще никому не удавалось отсюда сбежать, - так начал свой разговор с нами заместитель начальника Бутырской тюрьмы А. Губайдулин. - У нас есть все условия для содержания под стражей приговоренных к высшей мере. А вот задерживаются они здесь порой надолго. Один сидит уже третий год. Сидят и ждут: одни - помилования, а другие...

Действительно, теперь к ним приходят священники. Сейчас двое таких заключенных готовятся к обряду крещения. Жалобы или требования от этих людей очень редко поступают. Им не положены передачи. Правда, изредка, как исключение, мы их разрешаем. Ежедневно этих заключенных посещает начальство изолятора, беседует. Беседы эти носят юридический характер, например, помощь в написании прошения о помиловании. За последнее время четверых заключенных у нас помиловали, двоим оставили приговор без изменения. Бывает и так, что человек сам не хочет просить о пощаде.

Наше отношение к "смертникам" бывает разным. Одно дело, когда "вышка" дана за крупные хозяйственные махинации, и совсем другое - маньяки-убийцы, на которых кровь женщин и детей...

Нам было очень интересно услышать мнение местных врачей. Надзиратели по долгу службы охраняют, юристы консультируют, а что же медики? Должны лечить тех, кто, так или иначе, обречен...

Вот что нам рассказали в медчасти Бутырской тюрьмы:

- Наша тюрьма, как и другие, не удивляйтесь, не переносит убийц, особенно если преступление совершено с особым зверством, а также насильников и растлителей несовершеннолетних.

Но с точки зрения врача, приговоренные к смерти - такие же люди. И можно представить, каким стрессам они подвергаются в свои последние дни. Мало здесь таких людей, которые до конца смогли сохранить самообладание.

Лечим у них ангину, зубы. Некоторые могут не понять, почему так происходит. Зачем, мол, все равно... Да, многие из таких наших пациентов вызывают омерзение, но мы медики и не должны мучить зубной болью даже Чикатило.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно