Примерное время чтения: 11 минут
133

Песенная нация!

В этом глубоко убеждена художественный руководитель Волгоградского ансамбля казачьей песни "Станица" Ольга НИКИТЕНКО. Вся ее жизнь посвящена собиранию, музыкальной обработке и популяризации старинных народных песен.

Каково значение песни в духовной жизни русского человека? В чем цель и смысл деятельности по возрождению песенных традиций казачества? Об этом мы беседуем с Ольгой Григорьевной.

"Просторна, как наши степи, и глубока, как река Дон"

- ОЛЬГА Григорьевна, как получилось, что вы увлеклись народным песенным творчеством?

- Я уроженка Волгограда, родилась в 1954 году и всю жизнь прожила в Волгограде. Мама и папа у меня с Украины. Бабушка - полька. Увлекаться казачьей культурой я стала, наверное, потому, что с детства рядом с казаками, всегда слышала их песни. Оно оказалось столь интересным, что уже 25 лет, как, закончив академическое отделение музыкального училища, я занимаюсь традиционной культурой донских казаков Волгоградской области, т. н. верховых казаков. Муж у меня, кстати, кубанский казак, хотя родился в Грузии.

Мамины украинские песни я слышала с детства - лирические, задушевные, распевные... И казалось, украинская тематика должна была стать главной в моей творческой жизни. Собственно, так и есть, в нашем репертуаре есть песни и донских, и кубанских, и запорожских казаков. Но на первом месте все же стоит традиционная культура нашего, волгоградского казачества...

- А чем различаются песни волгоградских казаков и, скажем, кубанских?

- И содержанием, и формой. Иные структура, изложение музыкального материала. По-другому песня распевается, иначе строится. Наши казаки говорят: у нас - вилючая песня. То есть звучание ее виляет, как Дон-батюшка. Неожиданно, как река Дон, делает внезапные повороты в своем течении, так звучит и наша песня - непредсказуемо абсолютно. Она просторна, как наши степи, и глубока, как сама река. Богата народной мудростью, а уж тем более историческими корнями.

Мы до сих пор находим песни, сложенные в XVII - XVIII веках. И до сих пор встречаются песельники, которые хранят и передают следующим поколениям эту старинную культуру...

"Вон туды поворот делать надо..."

- А КАК вы этих песельников отыскиваете?

- В экспедициях по селам и хуторам. Сначала мы даем концерт, потом завязывается общение. Но не всегда. Казаки - народ суровый. Они должны понять, оценить твое творчество, только тогда раскроют свою душу и поделятся сокровенным знанием...

Как-то мы заехали на хутор Березовский, где еще живы традиции мужского казачьего пения. К одному дедку зашли, чтобы договориться о встрече. Темная ветхая хатка, бабушка лежит. Спрашиваем ее: где хозяин? Кивает в сторонку: да вы что, детки, разве хозяина не приметили? Вон он, не сегодня - завтра помрет... Видим - дедок в белой рубашонке, тоже лежит, лет за 80, хворый, немощный. Жалкое зрелище. Не видать его в кровати-то... Мы все же подступаем: как бы нам дедушку упросить спеть? Бабушка возражает: нет, нет, сынки, не до вас... Идите с Богом... Мы хитрим: да вот песню одну позабыли, вилюшку одну, может, сумеете нам помочь? Не помним, куды песня завертает... Мы дедку мотив напомнили, стали напевать ту песню. И вдруг дедушка сначала на подушке приподнялся, потом и вовсе с постели встал, закряхтел, поправляет солиста нашего Щербакова: "Не туды, сынок, повел... Вон туды поворот делать надо!" Мы просим: дедуль, может, напоешь? "Да какой уж с меня певец-то?", - жмется старичок. Но покряхтел и кое-что спел... Бабулька его тоже растаяла, предлагает: может, сыночки, придете вечерочком, я яичню изжарю? Мы так и сделали. Вечером собрались у них товарищи дедка, все седые и при фуражках казачьих. Бабушка супруга своего, как могла, украсила: костюм он надел черный, что на похороны уж был приготовлен...

Как они песню заиграли, да как один старичок наигрыши стал выдавать на мандолинке, а другой на балалаечке, такие песни зазвучали старинные - мы ахнули! Правда, прежде чем спеть кое-что заветное, из еще дореволюционного фольклора, поглядел дедок на забор свой ветхий, да шепотком вопрошает: " А меня не заберуть?" Успокоили мы старого казака, что прошли те жуткие времена, и он так себя показал!

Какая сила в этих людях! И какая у них песня! Вот она их и держит в жизни...

- Напоете что-нибудь из их репертуара?

- Почему бы и нет? Взять, скажем, куплет из тюремной песни "Жавроненок мой"...

Обращается к мужу Александру Кияшко, солисту ансамбля:

- Наиграй, Саша!

Запели (протяжно, грустно, переливчато):

Жавроненок мой, ой да ты воспой,
Ой да, толечко ты воспой,
Ой да ясной на приталинке,
Ой да ясной на приталинке, ты воспой!
Ясной на приталинке, ой да ты воспой!

Тут и мне, не посвященному в секреты народного пения, понятно стало, что означает термин "вилюшки" - звуковые модуляции голосов моих собеседников, меняясь в тональности, выстраивали прихотливую ткань совсем непростой мелодии...

Посвящение в тайну

- СОЗНАЮСЬ, звучит замечательно. Правда, я так и не понял, о чем говорится в песне... Жавроненок - это, понятно, жаворонок. А почему песня считается тюремной?

- Сейчас мы проделали с вами небольшой эксперимент. Он показывает, что сегодняшнему зрителю и слушателю, пусть русскому до корней волос, но не знакомому с народным творчеством, нужно подробно объяснять, о чем песня... А в ней всегда есть герой. В этой песне он - заключенный, который сидит в тюрьме (правда, не 33 года, как наш дедок из хутора Березовского, что нам эту песню подарил), а "всего лишь" 20 лет. Об этом говорится в следующих строфах. Но через природу, через образ поющего на приталинке "жавроненка", который представляется мысленному взору автора, раскрывается главная тема - тоска по свободе, по воле...

- Этим, очевидно, не исчерпывается смысл песни?

- Конечно. Произведение, которое мы вам наиграли, принадлежит к числу тех феноменов народного творчества, в которых скрыт своего рода смысловой код, если хотите, оберег. А чтобы спрятать, закрыть его от непосвященных, как раз и применяется игра звуковыми вилюшками. Так что в удививших вас голосовых модуляциях тоже есть свой секрет...

- Выходит, песня у казаков выполняет роль амулета?

- Да, она - оберег, звуковой амулет. В ней есть некая сакральность, тайна, которую нельзя высказывать чужим, потому что она предназначена только для посвященных, только для своих. При исполнении такого произведения подразумевается, что поющий - казак и голос его обращен тоже к брату-казаку... Долгие распевные причитания в такой песне (а-я-я-о - тянет певец) таят сокровенный смысл. Это своего рода шифр. Так выглядит первая, духовно-нравственная задача казачьей песни. А вторая ее задача - воспитательная, патриотическая.

Как Платова камуфлировали под Ленина

- ПАТРИОТИЧЕСКАЯ тема, видимо, связана с народной памятью о каких-то популярных в казачестве исторических деятелях?

- Конечно. Но содержание казачьего песенного фольклора имеет и географическую привязку - к родной земле, своим станицам и рекам. Вы не представляете, как много песен сложено, например, о Доне. Он и великий, он и батюшка, он и кормилец. Исстари ему поклонялись, считали его воды священными. Возвращаясь из военных походов, казаки первым делом заходили в Дон, шапкой зачерпывали речную воду, окунали в нее оружие...

Что касается исторических деятелей, то на первом месте по популярности стоит, пожалуй, атаман Платов. Очень много песен сложено о царях: Александрах, Николаях... Конечно, в советское время казаки называть их имена опасались и заменяли на персонажи, которые выглядели в глазах властей непредосудительно, например, Платова "камуфлировали" Лениным, Николая II - Буденным. Но, конечно, деды (а от них сыновья и внуки) прекрасно знали настоящие тексты песен и потихоньку передавали их из поколения в поколение...

Наряду с носителями державной власти звучат в песнях имена атаманов Краснощекова, Ермака, Пугачева... Масса лиц! А сколько песен про Суворова! И потрясает, как простые люди, без музыкального и поэтического образования, могли сложить такие дивные произведения!

"Мы сражались в родном Сталинграде..."

- КАЗАКАМ дорога только стародавняя история, только ее они воспевают?

- Нет, что вы! Очень большое место в их памяти занимает Великая Отечественная война. Недавно мы нашли замечательную песню, распетую казаками в те лихие годы, называется "Мы сражались в родном Сталинграде". Вот какие там слова:

Мы сражались в родном Сталинграде,
Ой да со фашистской проклятой чумой,
Часто семьи свои вспоминали,
Ой да горьки слезы глотали тайком...
Сталинград мы родной отстояли,
Ой да по знаменам фашиста прошли...
Много братьев своих потеряли,
Ой да над Берлином свой факел зажгли...

Звучит в этой песне воспоминание о том, как под холодным осенним дождем казаки лежали в окопах, слали весточки домой... Станичники не стыдятся петь о том, что на войне было все: и горе, и слезы, и голод.

"Встань за веру, Русская земля!"

- А ЕСТЬ у "Станицы" излюбленное произведение, коронный номер?

- Конечно. Наши концерты мы всегда заканчиваем православным гимном - маршем "Прощание славянки" на музыку Василия Агапкина... И музыка, и слова его обладают великой духоподъемной силой. Он звучал в России с начала Первой мировой. А сегодня марш этот воспринимается по-особому. Он, кстати, очень нравится руководителю Волгоградской епархии владыке Герману. Бывая на наших концертах, он, случается, выходит на сцену, запевает первый куплет, и мы подхватываем. Как начинается исполнение марша - весь зал встает... Мы часто поем его всем ансамблем в сопровождении гарнизонного духового оркестра. Наша "Станица", кстати, все православные праздники отмечает концертами, которые устраиваются при участии епархии.

- Говорят, что в песне выражается душа народа, его стародавние традиции. И если мы в своей основной массе не умеем петь, не значит ли это, что и душа у нас зачерствела, и духовная связь с предками утрачена?

- Пожалуй, вы правы. Ведь мы, русские, - песенная нация! А петь многие не умеют, иные разучились. Мы рот не можем раскрыть. Так давайте возрождать культуру национальной песни! Это то достояние, которое необходимо непременно сохранить и передать потомкам...

Когда встречаешься с истинно казачьими семьями, душа радуется, что подрастает молодое поколение, которому близка старинная песня. Эти люди уже рожают своих детей и учат их молитвам и казачьим напевам. Прорастают все-таки росточки добра и духовности!

- Значит, вы смотрите в будущее с оптимизмом?

- Безусловно. В противном случае мы бы не занимались традиционным народным творчеством. Ибо сразу встает вопрос: если у России нет будущего, то ради чего все наши усилия? Ведь мы - не коммерческий коллектив, а просветительский. Мы поем всегда сердцем, а не механически, поем без микрофонов, без усилительной аппаратуры, что по нынешним временам большая редкость...

- В чем вы видите нравственный смысл своей деятельности?

- Наверное, это и есть патриотизм, когда мы встаем на сторону своей культуры, защищаем ее искренне, открыто, честно. Куда же еще нравственней! Мы ведь на концертах с людьми обязательно разговариваем, стараемся, чтобы слушатели задумались над тем, что живут они рядом с носителями исконных русских традиций, научились смотреть на них и брать пример. Мы просим молодежь обратить внимание на своих же бабушек и дедушек, которые сидят обычно такие скромные, сухонькие, вроде бы незаметные, а поговоришь с ними - и диву даешься: сколько мудрости, твердости духа и силы характера! Вот вам и связь поколений...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно