Примерное время чтения: 11 минут
104

Новое время - новые дети?

Не могу придти в себя после вчерашней ссоры с сыном. У нас вообще последнее время отношения не ладятся. Он стал грубым и раздражительным, серьезно говорить с нами вообще ни о чем не хочет. Отец говорит, что это трудности подросткового возраста, но я думаю, что все гораздо сложнее.

...И вот вчера, наконец, я услышала то главное, чего так долго ждала и боялась... Ссора разгорелась вдруг, из-за пустяка. Смотрели передачу "Дорожный патруль", и я посоветовала сыну пойти учиться, чтобы получить водительские права: "Может, потом пригодятся, глядишь, и заработаем когда-нибудь на машину". И тут вдруг, ни с того ни с сего он стал кричать на меня: "Что ты пристаешь ко мне со своими советами! Много ты понимаешь в этой жизни - что нужно, а что не нужно! Свою вы уже построили, а мы теперь должны расхлебывать!.. Что вы все лезете со своей дурью в нашу новую жизнь!"

- Так чем же она другая, сынок?

- Свободой, вот чем. Вам этого уже не понять - как были рабами, так ими и умрете. Вам любые миллионы давай - дури не убавится. Да еще суетесь нас учить...

В общем, мы в ответе за все, что сейчас происходит.

Я понимаю, конечно, что этот разговор не частный. И сына ни в чем не виню и не упрекаю. Я сама во многом хочу разобраться.

Что же сейчас происходит с детьми? Неужели то самое поколение, которое выбирает Пепси, с легким сердцем будет праздновать победу, одержанную над своими родителями, дедушками и бабушками? Неужели наши дети настолько "цивилизуются", что будут похожи на зверюшек: начали добывать себе на пропитание - и позабыли про родителей? И кто же родится у этих новых, "свободных" людей? Почему об этом никто не говорит и не пишет?
Ирина И., Приморский край


Обсудить эти "недетские" вопросы мы пригласили психологов Ирину МЕДВЕДЕВУ и Татьяну ШИШОВУ.

Мы наш, мы новый мир построим...

Давайте попробуем разобраться. Что касается вопроса о зверюшках, то сейчас, пожалуй, у нас в стране наблюдается обратное явление. Трудности последних лет скорее укрепили, чем ослабили родственные связи, которые традиционно достаточно сильны. В отличие от Запада, у нас и раньше не было принято, чтобы юноши и девушки, едва закончив школу, покидали отчий дом. Сейчас же, когда не только приобрести, но и снять квартиру большинству не по карману, почти вся молодежь волей-неволей живет с родителями. Многие женщины по материальным соображениям вынуждены теперь работать, поэтому бабушки и дедушки еще активнее, чем раньше, включены в воспитание маленьких детей. На наших занятиях мы нередко наблюдаем, что с бабушкой и дедом у ребенка бывает более близкий контакт, чем с родителями. Старики, как правило, и терпимее относятся к детям, и времени на них не жалеют. Посмотрите, сколько среди иностранных туристов пожилых и старых людей. А наши все больше на даче с внуками возятся. Вы скажете, они рады бы путешествовать, да не на что. Можно подумать, что в прежние времена наши бабуси только и делали, что карабкались по горам Кавказа или фотографировались на верблюде в Средней Азии.

Так с какой стати внуки будут с восторгом строить новую жизнь, в которой не нашлось места для старых людей? Для родных, самых близких им людей? Невозможно представить себе, что одно поколение (не отдельные "личности", а целое поколение!) будет весело и беспечно плясать на костях другого - обманутого, униженного и фактически вычеркнутого из списка живых еще при жизни! Поколение "свободных" - на костях "рабов"! Нет, что-то не вытанцовывается...

Ну, а все же? Ведь молодость эгоистична, уж если о ком и позаботится, то не о предках, а о потомках. О своих детях и внуках...

Трудности переломного возраста

Не нужно быть большим профессором, чтобы представить себе, какому испытанию подвергается психика людей вообще и детей в особенности в так называемые переломные моменты истории. И далеко не все это испытание (а ведь еще не конец!) выдерживают. Говоря языком статистики, 28 процентов детей младшего школьного возраста испытывают проблемы при адаптации к среде, 22 процента - склонны к депрессии, 23 процента - относятся к группе риска по агрессивности.

Работая с детьми-невротиками, мы видим, что три-четыре года назад на группу дошкольников и младших школьников, состоявшую из восьми человек, приходилось в среднем по два ребенка с сильными страхами. Два года назад их, число удвоилось, а в прошлом учебном году у нас бывали группы, целиком состоявшие из детей с навязчивыми страхами.

Примерно в той же пропорции невротизировались за последние годы и родители. Все чаще нашим главным пациентом становится мать, а не ребенок. Это ее, прежде всего надо приводить в чувство, чтобы облегчить тем самым состояние малыша.

И, к сожалению, процесс нарастает. Одну из причин невротизации в детской среде мы только что назвали: взвинченные обрушившейся на них "новой жизнью" взрослые. И немудрено. Кто-то обнищал, кто-то пока держится на плаву, но работает втрое больше прежнего и страшно устает. Кто-то пошел ради денег торговать, но его от этого тошнит. А еще постоянно вспыхивающие военные конфликты, террористические акты, непрекращающиеся разговоры о грядущей настоящей безработице (дескать, пока это еще цветочки!)... И главное - хроническое чувство попранной справедливости. Для человека русской культуры (подчеркиваем: культуры, а не крови) это равносильно крушению мира.

Однако не все остались за бортом новой жизни. Кто-то в нее вписался и очень неплохо. Даже название появилось для таких людей - "новые русские". Их дети ни в чем не знают отказа, не видят перед собой униженных бедностью и растерянных родителей, могут посещать элитарные школы, отдыхать на Канарских островах, развлекаться в Диснейленде. Может быть, привилегированное положение - это как бы охранная грамота для их психики? Может, говоря о почти тотальной детской невротизации, этих детей следует "вывести за скобки"?

Деловой, среднестатистический

Мы, конечно, не проводили поголовного обследования семей "новых русских" (его провести, как вы понимаете, вообще нереально). Однако у нас накопилось уже достаточно материала, чтобы сделать некоторые выводы. И картина вырисовывается, прямо скажем, неутешительная. Сегодня дети богатых невротизированы ничуть не меньше обычных детей. Может быть, даже больше!

Поскольку наша работа предусматривает тесный и достаточно глубокий контакт с семьей, в том числе и с отцами, мы уже можем говорить о некоем собирательном образе мужчины, занявшегося бизнесом. (Конечно, и тут не обходится без исключений, но, увы, они редки).

Вот портрет "делового" отца семейства: своевольный, всегда усталый и раздраженный ("Банк тормозит кредиты... Опять на нас наехали... Очередная разборка" и т. п.). Что бы ни вытворял - он "в своем праве" ("Я вас содержу!"). Стал заметно больше пить ("Переговоры с партнерами, инвесторами, мафиозными структурами"). В некоторых семьях кормилец, чуть что не по нему, хлопает дверью и исчезает на несколько суток - развеяться. ("Сначала я пугалась, обзванивала, как дура, больницы и морги. У дружков допытывалась... А теперь привыкла"). Забота о ребенке у таких отцов, как правило, сводится к покупке дорогих подарков. А уж если дело доходит до воспитания, то главная воспитательная мера - крик и битье. Странно ли это? Ничуть. Ни для кого не секрет, что сфера бизнеса сейчас является криминальной. Находясь под изнурительным прессом страха и нервотрепки и, как всякий человек, распоясываясь дома, бизнесмен вместе с пиджаком сбрасывает с себя и этот пресс. На кого? Конечно, на близких. И, прежде всего от непосильного груза страдает слабый, то есть ребенок. У таких детей часто наблюдаются повышенная тревожность, страхи и как следствие - энурез, заикание, тики, а также агрессивность или, наоборот, забитость, безынициативность, отсутствие познавательных интересов. Когда они вырастут, им, скорее всего, будет непросто создать и сохранить семью.

Бросается в глаза и такой будто бы парадокс: нередко у новоиспеченного бизнесмена портятся отношения с женой, хотя, казалось бы, все должно быть наоборот. Ведь дом теперь полная чаша и есть возможность ублажить жену то дорогой модной вещью, то невиданным деликатесом, то комфортабельным отдыхом. Но когда все это становится привычным (а к хорошему, как известно, привыкаешь быстро), на первый план выступают пресловутые вечные ценности: любовь, верность, дружеское участие - последнее в русской культуре считается чуть ли не основой счастливого брака. "У меня теперь не муж, не отец моих детей, а спонсор", - такую жалобу мы слышим часто. А кто-то высказывается еще более откровенно: "Я все равно как вдова при живом муже... Дома он не бывает, а если и придет, то ни меня, ни детей для него не существует: телефон, телевизор, а потом спать заваливается". Ну, а вот признание лаконичное и еще более определенное: "Последнее время чувствую себя проституткой, с которой муж обращается как клиент".

Бес материнской любви

Вы скажите, это отношения мужчины и женщины, детей они не касаются. Увы, касаются, и не только опосредованно, а гораздо более прямо, чем хотелось бы.

Чувствуя себя заброшенными, многие женщины пытаются обрести утешение в ребенке, особенно если это мальчик. Он становится для матери единственной опорой, собеседником, другом, занимая, по сути дела (разумеется, психологически), место отдалившегося мужа. Но ребенка нельзя назначить на роль взрослого мужчины, это ему так же не под силу, как 50-килограммовый мешок картошки. Перегруженная психика может надорваться. И, надорвавшись, исказиться.

Мужчины, состоявшие в детстве в "психологическом браке" с матерью, часто так и не вступают в брак реальный, следовательно, у них вообще может никто не родиться. Ослепленные и подавленные идеалом матери, они не находят достойную пару. К тому же, среди таких мальчиков, слишком рано погруженных в мир женских переживаний, бывает много кандидатов в гомосексуалисты. Встречается у подобных детей и скрытый садизм, что вряд ли украсит будущее отцовство.

Деловые партнеры

Но разве нет семей, где жена, которая в прежней жизни была "другом, товарищем и братом", теперь активно включилась в дела мужа и стала "партнером по бизнесу"? Была семья, а стало "семейное предприятие" - то-то славно! Вот только дети оказываются тут сбоку припека. Нет, ими, конечно, занимаются, но в основном гувернеры, бонны и бэби-ситеры. Лишенные в детстве нормальной материнской заботы, "безмамные дети" (термин придуман западными учеными) в большинстве случаев не способны полноценно воспитывать собственных детей.

Нет, мы вовсе не хотим, чтобы у вас сложилось впечатление, будто в семьях "новых русских" вообще не бывает нормальных отношений. Безусловно, бывают, и не просто нормальные, а очень хорошие. Но даже если представить себе безупречную семейную идиллию, ребенку в ней все равно будет неуютно. Дети бизнесменов несравненно чаще, чем все остальные, попадают в зону риска. Чего должен ждать от жизни пятилетний малыш, в присутствии которого постоянно ведутся разговоры о том, что кого-то из знакомых убили, кого-то ограбили, а у кого-то украли ребенка (быть может, того самого, у которого он вместе с мамой и папой неделю назад был на дне рождения!). А дети, выходящие на улицу только в сопровождении телохранителя, что сейчас особенно престижно! Какая у них формируется картина мира? И что им снится по ночам?.. У таких детей практически со стопроцентной вероятностью наблюдаются повышенная тревожность, навязчивые страхи (ибо весь мир кишит злодеями, грабителями, убийцами) и - как естественное следствие - мизантропия, то есть ненависть к людям. А мизантропия может привести к угасанию рода: переполненный ненавистью к людям человек не захочет или даже не сможет произвести на свет себе подобных.

Может, кому-то покажется, что мы сгущаем краски? Да нет... Многое здесь, напротив, смягчено, сглажено и не названо своими именами. Не привели мы и конкретных примеров - отнюдь не из-за отсутствия таковых. Примеров - хоть отбавляй, и они, наверное, очень убедительны, но мы их прибережем для более обстоятельного разговора, если у читателей возникнет такой интерес.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно