Примерное время чтения: 5 минут
85

Воспоминания остаются. Навсегда?

ПОСЛЕ выхода из больницы первое, что сделала Светлана Д., одна из пострадавших от теракта в подземном переходе на Пушкинской площади, поехала на... Пушкинскую. Хотела доказать сама себе, что все уже в прошлом. Не смогла. Началась истерика. С тех пор Светлана старается обходить подземные переходы, не может заставить себя спуститься в метро. Другая пострадавшая - Лариса, до сих пор не может заставить себя встречаться с другими людьми. Двери ее дома теперь закрыты и для друзей, и для соседей. Одна мысль, что они увидят ее такую, приводит в отчаяние. Людмила при взрыве, к счастью, физически почти не пострадала. Но и она не может заставить себя забыть тот день. В памяти всплывает одна и та же картина: после взрыва, вся в грязи и копоти, она спускается в метро, и на нее в молчаливом ужасе смотрит весь вагон. Эти воспоминания лишают девушку сна, не дают возможности нормально учиться, мешают общению с друзьями...

Теракты есть, помощи нет

ВСЕ трое нуждаются в профессиональной психологической поддержке. Ученые и медики уже дали определение такому состоянию - посттравматический стрессовый синдром. По словам руководителя лаборатории "Психология посттравматического стресса и психотерапии" Института психологии РАН Надежды Тарабриной, примерно пятая часть людей, переживших те или иные стрессовые потрясения - катастрофы, войны, аварии... - через какое-то время начинают страдать серьезными расстройствами. Появляются страх, раздражительность, приступы немотивированной ярости, отчаяния и т. д. Без помощи специалистов выйти из этого состояния невозможно. К сожалению, в стране, где чрезвычайные ситуации стали чуть ли не постоянным явлением, до сих пор не создана хоть какая-то система реабилитации для людей, перенесших жесточайший стресс, который, как правило, накладывает отпечаток на всю их дальнейшую жизнь.

Вот уже 10 лет поднимает эту проблему Валерий Михайловский, создавший в Зеленограде реабилитационный центр по социальной адаптации инвалидов и участников военных действий. Программу и сами методики доктора Михайловского высоко оценивают американские специалисты, занимающиеся проблемами посттравматического стрессового синдрома, в частности, последствиями военной психотравмы. В США сегодня создают новые реабилитационные центры для ветеранов вьетнамской войны. Хотя со времени той войны прошло уже столько лет, там давно убедились: с годами проблема посттравматического синдрома не исчезает, а только обостряется, нередко заявляя о себе спустя десятилетия. Мы же пока только начинаем подходить к пониманию этого явления. И, похоже, его масштабы в России куда значительнее, чем в других странах.

Панацея - психдиспансер?

НО, ДАЖЕ осознавая, что без помощи специалистов уже не обойтись, человек просто не представляет, КУДА ему обратиться. Еще сложнее - РЕШИТЬСЯ ОБРАТИТЬСЯ. К примеру, самый простой выход - психоневрологический диспансер по месту жительства - отвергается с ходу: слишком живо у населения негативное восприятие этого учреждения. Между тем в иных ситуациях ПНД - не самый плохой вариант, во всяком случае здесь всегда можно получить бесплатную консультацию психотерапевта и, возможно, необходимое лечение.

Можно позвонить по одному из "телефонов доверия", например, в телефонную психологическую консультацию "Антикризис" при Институте психологии (тел. 238-51-60). Здесь вас выслушают, посочувствуют, дадут какие-то советы. Возможность поплакаться в жилетку еще никому не помешала. Одно "но"! Поскольку телефонный собеседник невидим, еще неизвестно, захочет ли он тебя должным образом слушать и жалеть. Позвонив по городскому "телефону доверия", помещенному во всех справочниках, я столкнулась с неприкрытым хамством. На вопрос, где и как можно помочь людям, пострадавшим от теракта на Пушкинской площади и теперь испытывающим психологические проблемы, телефонный врачеватель человеческих душ ответил с плохо скрываемым раздражением: мол, когда он был, этот теракт, психологическая помощь всем пострадавшим давным-давно оказана. Нечего звонить по пустякам, не мешайте работать. Представляю, будь на моем месте человек, который действительно нуждается в психологической поддержке, подобный ответ только усугубил бы ситуацию.

Впрочем, в состоянии посттравматического стрессового синдрома одной телефонной консультацией не обойдешься, требуется личный контакт и длительное лечение. Возможно, вам смогут помочь в Городской психотерапевтической поликлинике (тел. 430-37-93), но только при наличии московской или подмосковной прописки. У тех, кто платежеспособен, прописку не спрашивают. Например, в Медико-психологическом центре индивидуальности (тел. 209-98-80) или Центре реальной психологии (тел. 255-22-50) забота и внимание к вашим переживаниям будет стоить от 400 до 500 руб. за один сеанс или прием специалиста (психолога или психотерапевта). За чуть меньшую плату (около 300 руб.) готовы попробовать привести вас в душевное равновесие такие же специалисты, но в свободное от основной работы время. Позвоните, к примеру, в "Антикризис", и такой человек найдется. Студенты-старшекурсники соответствующего профиля и вовсе бесплатно готовы заняться вашими проблемами - им нужна практика.

Серьезно отнесутся к вашему психологическому состоянию в Институте психического здоровья (тел. 117-81-47). Лечение здесь стационарное и платное - придется заплатить 2350 руб. за 30 дней. Принимаются только жители Москвы и Подмосковья и только по направлению из психоневрологического диспансера. Но даже при соблюдении всех этих условий на лечение берут не всех. Институт - научный центр, истории болезней его пациентов должны представлять еще и научный интерес.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно