Примерное время чтения: 3 минуты
91

Бабье царство по-ирландски

ПЕТР ФОМЕНКО пригласил к себе в театр на постановку 53-летнего режиссера, художественного руководителя Национального театра Эстонии Прийта Педаяса. Спектакль по пьесе знаменитого ирландского драматурга Брайана Фрила называется "Танцы на праздник урожая".

Весело! Но почему-то до слез. Слова не нужны, да их и немного в этом спектакле, где собирают ежевику, стирают и развешивают белье, гладят его, вяжут бесчисленные перчатки, моют полы, месят тесто. Любят, надеются, ждут. Главная тема последних спектаклей Фоменко - бережное любование человеком и человеческой жизнью, единственной, короткой, счастливой и несчастной, так естественно продолжается в этой постановке, дышащей, пульсирующей живым обаянием повседневного и вечного бытия. Спектакль живой и светится. Хрустальный, отважно веселый и печальный, он о том, что все мы уйдем, рано или поздно. О том, что нужно научиться ценить вот эти связанные перчатки, сваренную кашу, общее вечернее уличное застолье, приходящего на час мужчину и эти бесшабашные танцы на праздник урожая.

Все происходит в выдуманном ирландском провинциальном городке Беллибег, где с самого начала, с первых минут проникаешь в то, что Станиславский называл атмосферой: 1936 год, скудные деревянные декорации, громоздкий приемник с большими круглыми ручками, играющий, когда ему вздумается, - единственная радость и развлечение в семье. Фоменковские красавицы-актрисы, играющие пятерых сестер, теток в мешковатых вязаных кофтах и фартуках, блаженненьких, в стоптанных башмаках и полуспущенных чулках.

Женское царство. Мир паровых утюгов, веников, плетеных корзин. Зажигательная хулиганка Мэгги (Мадлен Джабраилова), неземной прелести сестры-близнецы (так и по пьесе) Кутеповы, сексапилка-простушка Полина Агуреева в роли единственной на всю семью матери (правда, одиночки) семилетнего Майкла, училка Кэйт по кличке Гусыня - Галина Тюнина, старшая и, пожалуй, самая несчастливая из всех. Мир, где событие - грядущие танцы на праздник урожая, куда им в их устоявшемся статусе старых дев пойти нельзя. А они всего лишь по-прежнему девчонки из семейства Мундей, пускай и не нашлось для каждой из них мужичка. Что же им остается? Гнев - лис опять прогрыз дыру в курятнике! Сигаретка, выкуренная втихаря. Всеобщий ужин - есть три яйца, хлеб и что-то там еще. Воспоминания о конкурсе на лучшего исполнителя тустепа (ездили за 20 километров, с парнем на велосипеде!) и вопрос: "Стокгольм, а где это?" И вот, побросав рукоделие (сестры-близнецы кормят семью вязанием перчаток), спицы, недоглаженное белье и недовзбитое тесто, грустные воспоминания и деревенские невинные сплетни, они, визжа, как девчонки, отплясывают дикий, веселый, забавный танец.

Только ленивый, наверное, не вспомнит после этого спектакля и "Наш городок" Уайлдера, и пьесы Уильямса, и "Дом Бернарды Альбы" Лорки с его бабьим царством. Но главное все-таки - есть в нем нечто русское, чеховско-тургеневское - не случайно же автор пьесы переводил "Трех сестер" и "Месяц в деревне". В этом нежном, мудром спектакле все так ложится на нашу душу - и эти бурные сцены, и нещадные взаимные обиды, сменяющиеся безбрежной, кровной нежностью. "И так несправедливо, что жизнь у нас одна"...

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно