169

Мама, как по-французски "я сирота"?

21 СЕНТЯБРЯ в апелляционном суде города Версаля будет слушаться уникальное дело: о судьбе пятилетней девочки Маши Уари, удерживаемой службами французской социальной защиты в приюте. При живой и здоровой матери, умоляющей вернуть ей ребенка. Более того, при живом отце.

ИСТОРИЯ начиналась счастливо. Красивая русская актриса Наталья Захарова познакомилась с красивым и богатым французским дантистом Патриком Уари, мечтающим изучать русскую культуру. Он влюбился с первого взгляда. Писал письма, дарил розы, предлагал руку, сердце, душу. Более того, был согласен на переезд в Москву. Что окончательно заставило патриотичную Наташу капитулировать.

История развивалась почти так же счастливо. Они приехали в Москву. Дантист Уари увидел, что под видом евролечения делают с зубами русских детей иностранные доктора. Соучаствовать в этом процессе ему не позволяла профессиональная этика. В этот тяжелый час актриса Захарова, вспомнив о своих дворянских корнях, по-декабристски мужественно дала согласие на переезд во Францию.

Они поселились в Париже. Он дал ей все, что, по его представлениям, нужно женщине для счастья. У нее были шубы, бриллианты, "Мерседес", бутики и проч., и проч. Он писал ей письма, называя "волшебницей души", звонил по пять раз в день, узнавая, во что она одета и в какой комнате находится. По ночам он держал ее за рубашку. Он боялся, что она улетит.

Ему казалось - она должна летать от счастья. Он не читал русских романов и не знал, что в этих условиях потомки русских дворян неизбежно начинают мучиться вопросом "что делать?".

История продолжилась традиционно. Родилась Маша. Ее первый ребенок. Его - пятый. История и тут не была нова. Став матерью, она помешалась на малыше. А он начал ее ревновать.

Далее придирки, раздражение, слезы. Она захотела закончить все по-французски. "Расстанемся друзьями", - предложила она. "Развод - это война!" - прокричал Патрик Уари, к тому времени вжившийся в русскую культуру.

Детектив

ЧЕРЕЗ 17 месяцев мсье Уари впервые пришел повидаться с ребенком. Дочка забыла папу, и его попытки взять ее на руки кончались криками: "Не хочу!" Наташа сказала: "Я не могу сейчас дать тебе ребенка. Он плачет". После чего мадам Захарову вызвали в суд. Мило улыбаясь, судья сообщила, что мадам приговорена к трем месяцам лишения свободы. "Что-что?" - переспросила Наташа. "Вы не даете отцу встречаться с дочерью..."

Через несколько дней Наташина подруга пошла с Машей в магазин. На миг отвернулась, чтобы расплатиться в кассе, - и увидела, как 6 охранников валят на пол мужчину. Оказалось, это был Патрик, пытавшийся похитить Машу. На основании своего права забрать дочь на каникулы.

Дело было в июле. Отпуск мсье Уари начинался в августе. Наташа решила до того времени поехать к заболевшей маме в Москву. Но в Москву она не попала: их задержали в аэропорту. Уари ждал маму с дочкой у трапа. Оттолкнув Наташу, он схватил малышку и исчез.

Через месяц - как и было предписано - он вернул ребенка. Вся в синяках, Маша не разговаривала и кричала по ночам. Что самое страшное - игрушки она теперь запихивала между ног. "Так Матильда (16-летняя дочь Уари от первого брака) делала с мальчиками", - объяснила онемевшей маме дочка.

Наташа зафиксировала факт побоев у врача и бросилась к судье по детям. "Недостаточно аргументов. Вы обязаны разрешать отцу встречи с дочерью", - ответила ей судья.

Боевик

МСЬЕ Уари исправно забирает дочку по субботам.

В ноябре 1998 года Маша, вернувшись после пятидневного пребывания у отца снова избитая, падает на пол без сознания. Наташа делает снимки побоев и везет дочку в госпиталь. Теперь уже госпиталь передает дело в суд.

У входа в фотолабораторию, куда Наташа приходит получать снимки, ее останавливают полицейские, занимающиеся операцией против педофилов. Полицейские требуют объяснений. "Слава богу!" - подумала она.

Ее выслушали. Записали рассказ. Через несколько дней перезвонили - попросили зайти в участок. Там уже находился мсье Уари. "Нам все ясно. Ты била ребенка сама", - сказали Захаровой и препроводили ее в камеру. Уари проследовал в другую. "У меня болеет дочка!"- кричала Наташа. "Вон твоя дочка", - кинул кто-то из-за стены. Потерявший сознание ребенок, которого на руках вносил в участок полицейский, - это было последнее, что Наташа увидела перед тем, как за ней захлопнулась дверь.

Утром новый полицейский извинился за коллег. Всякое, мол, бывает. "Понимаю, - лепетала Наташа, - а где мой ребенок?" "В приюте!"- успокоил ее полицейский.

Он набрал номер. Наташа услышала железный голос воспитательницы. "Позовите Машу!" - "Вы должны говорить с ней по-французски!" - "Но мы дома не говорим по-французски!" - "Тогда до свидания!" Гудки... "Бонжур, сэ мама!" - сказала Наташа сквозь слезы, позвонив снова. "Я маму хочу!" - закричал в ответ испуганный ребенок...

Судья пригласила к себе родителей через 8 дней. "Дело срочного характера! - возгласила судья. - Установлено, что отец в настоящее время задержан в связи с насилием в отношении ребенка, имевшим место в конце ноября 1998 года. Установлено, что отец обвиняет в этом насилии мать. Установлена необходимость поместить ребенка вне серьезного семейного конфликта. В этой связи постановляем поместить ребенка в социальное учреждение сроком на 6 месяцев..."

Так 15 декабря 1998 года Машенька Уари была помещена в приют. В первый раз Наташе разрешили встретиться с дочерью через 4 месяца. В присутствии воспитателей, на сорок минут. Во время свиданий было запрещено разговаривать по-русски.

Триллер

ЧЕРЕЗ положенные шесть месяцев - в июне 1999 года - суд подтвердил правильность своего решения. Маша, по мнению суда, "развивается в приюте позитивно". "Задача приюта - восстановить место отца в сердце ребенка", - записано в документах... В сентябре 1999 г. Машу перевели в приемную семью. При встречах с мамой она плакала, просила ее забрать. В связи с чем Наташу лишили прав на свидания: "На основании беспокоящих симптомов в поведении девочки".

Следующие полгода Наташе разрешалось только звонить - для справок. Раз в 15 дней. Лишь в апреле 2000 года судья восстановил ее право на ежемесячные свидания с дочкой. Разумеется, в присутствии воспитателей и, разумеется, по-французски...

Наталью Захарову взялся защищать лучший адвокат Франции мэтр Ломбар. "На наших глазах происходит откровенное уничтожение личности ребенка", - сказал мэтр Ломбар на очередном суде 9 июня 2000 года. Однако судья приняла решение продлить пребывание Маши в приемной семье - на третий год: "Поскольку теперь не представляется возможным выяснить, кто все-таки избивал ребенка..." Пожелавший остаться неизвестным сотрудник министерства юстиции Франции прокомментировал это так: "Однозначно можно сказать, что, если бы мадам Захарова не была русской, ее дочь оставили бы с ней".

Уари с корреспондентами говорить отказывается. Его позицию доверено излагать адвокату: "Хорошо, что Маша в приемной семье. Ее мать не сможет больше с помощью ребенка манипулировать психикой отца..." Захарову подвергали психиатрической экспертизе четыре раза. Каждая подтверждала ее полную адекватность. Уари от экспертизы отказался. Суд не настоял. Уголовное дело в его отношении прекращено.

"В деле присутствуют все виды нарушений европейской конвенции по правам человека, - сказали мне в российском Министерстве юстиции, - от нарушения права религиозного воспитания ребенка до дискриминации по национальному признаку". Остается надеяться, что, если 21 сентября апелляционный суд отклонит протест Захаровой, дело будет передано в Европейский суд. По мнению специалистов, в Страсбурге девочку наверняка вернут маме.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно