68

"9-я СТУДИЯ". Разрядка - веление ядерного века

В телевизионной передаче принимали участие первый заместитель заведующего Международным отделом ЦК КПСС профессор В. В. ЗАГЛАДИН, начальник управления Генерального штаба Вооруженных Сил СССР генерал- полковник Н. Ф. ЧЕРВОВ и политический обозреватель Центрального телевидения и Всесоюзного радио профессор В. С. ЗОРИН.

ЗОРИН. Как подчеркнул недавно Константин Устинович Черненко, "в результате растущей агрессивности империализма в мире создалась опасная обстановка". Но в то же время нет оснований говорить о необратимой дестабилизации ситуации в мире. Факторам, оказывающим негативное воздействие на положение, противостоят факторы, препятствующие тому, чтобы ситуация вышла из-под контроля.

ЗАГЛАДИН. В свое время мы наблюдали смену "холодной войны" разрядкой. Это был конец 60-х - начало 70-х годов. Почему произошла эта смена? Потому что, во-первых, "холодная война" не дала Западу желаемых результатов, Она была рассчитана на то, чтобы отбросить социализм, потеснить его. Но это решительно не получилось. Во-вторых, потому, что она дала скорее противоположные результаты. Развитие социализма продолжалось, он добился очень больших успехов и в экономике, и в военном деле. Был создан военно-стратегический паритет между ОВД и НАТО. И в этих условиях политика "холодной войны" оказалась фактически невозможной. Реалистические круги на Западе повернулись лицом к политике разрядки.

Но что следует подчеркнуть? Две вещи. Первое: политику разрядки осуществляли, по существу, те же политические силы, которые вели "холодную войну". Второе: переход к разрядке не означал, что люди, по-прежнему верующие в политику силы, исчезли. Борьба тенденций продолжалась весь период разрядки. Да и те, кто взял курс на разрядку, перейдя к другой форме политики, отнюдь не отказались от своих политических целей.

Разрядка, от которой выиграли все народы, в том числе и США, продолжалась недолго. Уже в 1976 г. президент Джеральд Форд заявил, что с разрядкой пора кончать и возвращаться к курсу с позиции силы. Почему произошел этот второй поворот? Потому, что разрядка, как прежде "холодная война", не дала тех результатов, которых на Западе от нее ожидали. Но те, кто намеревался в новой форме продолжать старую политику, явно вновь просчитались. Нажим на социализм в эти годы опять-таки не дал желаемых результатов. Не было достигнуто успехов и в борьбе против сил социального прогресса. Наоборот, эти силы значительно продвинулись вперед.

Рискуя быть парадоксальным, отмечу, что разрядка была порождена к жизни фактически теми же глубинными обстоятельствами, что и поворот к конфронтации, - Кризисом капитализма. Фактически весь послевоенный период - это период постоянного углубления кризиса капитализма в различных формах. Этот кризис захватил все сферы жизни, в том числе и международную политику. И предпринимались отчаянные попытки найти выход из кризиса, найти способы укрепления позиций капиталистической системы, сначала на путях "холодной войны", потом на пути разрядки и снова на путях конфронтации.

Идеология, лежащая в основе политики конфронтации, была провозглашена не раз в самых различных заявлениях. Суть ее очень проста. Во-первых, социализм объявляется незаконным явлением, место которому на свалке истории. Отбрасывание социализма - первая идеологическая предпосылка. Во-вторых, это попытка вернуться к временам полного и неограниченного господства капитализма. И в-третьих, что касается США, речь идет о попытке установить американское руководство над миром.

На основе этих идеологических предпосылок были созданы политические доктрины и выработаны политические установки - на достижение военно-стратегического превосходства, на активную деятельность по подрыву социалистического строя, демократических режимов, на наведение порядка среди союзников, укрепление сплоченности Атлантического союза под лозунгом отпора не существующей на деле военной опасности с Востока.

Но было бы несправедливо ограничиться только действиями США, потому что силы конфронтации действуют и в других странах и районах мира. В Европе действия реваншистских сил ФРГ, например, вызывают все большую тревогу и недоверие к политике страны.

Правда, правительство ФРГ заявляет о своей верности существующим договорам. Мы, естественно, принимаем это к сведению. Понимаем мы и то, что далеко не все граждане ФРГ, даже не большинство из них, поддерживают реваншистскую линию. Тем не менее настойчивость реваншистов не может не порождать чувство тревоги. Тем более, что она опирается на растущую милитаризацию жизни, на рост бундесвера, который намереваются воспитывать в духе "проверенных старых традиций".

Другой пример - Азия, где Япония наращивает военные приготовления, координируемые США с политикой НАТО.

ЗОРИН. Это политические факторы, порождающие напряженность. Хотелось бы также остановиться и на военных факторах, обусловливающих опасность современной ситуации.

ЧЕРВОВ. В этом отношении обстановка значительно ухудшилась. Во-первых, у сторон увеличилось количество ядерных боеголовок, нацеленных на объекты друг друга. Во- вторых, резко сократилось время для принятия решения об ответе на ядерное нападение или непреднамеренно возникшую ядерную ситуацию. Таким образом, вероятность ядерного конфликта возросла.

К росту напряженности ведут планы Вашингтона по созданию новых стратегических средств, дальнейшее развертывание "першингов" и крылатых ракет в Западной Европе, производство новых видов химического оружия, разработка ударных космических средств, принятие на вооружение высокоэффективных систем обычного оружия, которое по своим характеристикам приближается к оружию массового уничтожения. Словом, США развернули опасную гонку вооружений буквально по всем направлениям. Надо учитывать и то, что в основе строительства американских вооруженных сил по-прежнему находится ставка на первый ядерный удар.

Все это вызывает недоверие к политике Вашингтона.

ЗОРИН. В последние месяцы вашингтонское руководство ведет целенаправленную кампанию, чтобы продемонстрировать миролюбие намерений Вашингтона. Последний пример - речь президента на нынешней сессии ГА ООН.

ЗАГЛАДИН. Было бы, конечно, очень хорошо, если бы миролюбие, которое Р. Рейган демонстрировал в своем выступлении в ООН, было не показным и если бы оно действительно знаменовало какое-то протрезвление, возврат к разумной политике. Однако, к сожалению, пока что сказать, что такой поворот имеет место, никак нельзя.

Мы, конечно, замечаем изменение словаря и учитываем, что словарь сам по себе тоже имеет определенное значение. Но в данном случае, как представляется, это, во-первых, эффект избирательной кампании, а во-вторых, это попытка учесть реакцию на Деятельность администрации общественного мнения в самих США и вне их, в том числе в странах- союзниках, с тем чтобы облечь в новые одежды старую политику конфронтации.

ЗОРИН. Противоречия между заявлениями и делами очевидны. Вот пример. Известно, что 18 сентября в Вене должны были начаться советско-американские переговоры по предотвращению милитаризации космического пространства, но по вине США так и не начались.

ЧЕРВОВ. Американская сторона не пожелала договариваться по этому вопросу. Она только на словах демонстрировала свою готовность к диалогу, а на деле лишь ставила препятствия на пути переговоров, что и сделало невозможным их проведение в предложенные нами сроки.

Если бы такие переговоры начались, со дня их начала действовал бы взаимный мораторий на испытания и развертывание ударных космических вооружений. Одно это было бы крупным шагом, показывающим приверженность обеих сторон целям укрепления стратегической стабильности и ослабления военной угрозы. Второе. Выла надежда достичь соглашения о полном запрещении целого класса ударных космических средств, как это предлагал Советский Союз. В результате были бы перекрыты все каналы для возможной милитаризации космоса, навсегда поставлено под запрет применение силы в космосе и из космоса в отношении Земли. Космос остался бы мирным.

США категорически отказались от моратория. Они пытались подменить предмет переговоров дискуссией обо всём и ни о чем конкретно. Сейчас нередко можно услышать, что в подходе Белого дома к проблеме космоса якобы наметились изменения в сторону конструктивности. Однако практическими делами это не подтверждается. США не хотят запрещать космические вооружения. Через космос они рассчитывают заполучить военное превосходство. И в этом главная причина, почему все помыслы Белого дома направлены не на честные, серьезные переговоры о предотвращении милитаризации космоса, а на то, чтобы скрыть от общественности свою негативную позицию, оправдать разработку и осуществление планов космических вооружений.

ЗОРИН. Отказываясь от идеи моратория, Вашингтон утверждает, будто он даст односторонние преимущества Советскому Союзу.

ЧЕРВОВ. Никаких преимуществ мораторий нам не дает. Советское предложение уникально. Оно включает переговоры о недопущении милитаризации космоса, мораторий с началом переговоров и взаимный полный отказ от антиспутниковых систем, т. е. ликвидацию их обеими сторонами. Где же здесь преимущества? Стороны были бы в равных условиях. Но именно равенство не по нутру Вашингтону.

США уже давно работают над противоспутниковым оружием. В 60-х годах они первыми создали и первыми развернули две наземные противоспутниковые системы. Одну на базе противоракет "Найк-Геркулес" на острове Кваджалейн, другую на базе ракет "Тор" на острове Джонстон (оба острова - в Тихом океане), которая сейчас демонтирована, но при необходимости может быть быстро восстановлена. Противоспутниковыми возможностями обладают космические корабли типа "Шаттл", комплекс ракет "Титан" на полигоне Ванденберг. Однако всего этого для Пентагона мало. В настоящее время наряду с выполнением широкомасштабной программы по созданию территориальной ПРО, или так называемой программы "звездных войн", в США завершается создание новой, третьей системы - авиационного противоспутникового комплекса "АСАТ" на базе самолета- истребителя "Ф-15". В ноябре этого года планируется полномасштабное испытание этой системы.

Испытание системы "АСАТ" поставит под вопрос возможность достижения соглашения, подстегнет гонку вооружений, окажет негативное воздействие на перспективы использования космоса в мирных целях. Почему? Да потому, что космические планы США создают угрозу безопасности нашей страны. Советский Союз не будет сидеть сложа руки.

ЗОРИН. Наряду с факторами, дестабилизирующими международную обстановку, существуют важные факторы и прямо противоположного порядка. Иначе не удалось бы обеспечить 40-летний период мира для нашего народа.

ЗАГЛАДИН. Да, причем эти факторы не только противостоят, но и переплетаются между собой. Опасная политика конфронтации, будучи фактором напряженности, одновременно порождает растущее сопротивление народов. Глобальная угроза порождает глобальный ответ человечества. Не хочу сказать, что все люди уже встали в ряды борцов против войны. Будь это так, угроза давно бы была снята с повестки дня. Но антивоенное движение не только не исчерпало себя, как предсказывали некоторые на Западе, но и продолжает развертываться и получает поддержку все более широких масс людей.

В этом движении происходят большие сдвиги. В 1983 - 1984 гг. в антивоенном движении гораздо более активное, чем прежде, участие принимал рабочий класс. Это очень важно. Активнее стали политические партии, прежде всего коммунисты, а также многие социал-демократические партии, крупные профсоюзы разных направлений.

Однако речь не только об антивоенном движении. Разве можно сказать, что все страны несоциалистического мира поддерживают политику конфронтации? Конечно, нет. Развивающиеся страны, несмотря на все различия в оттенках позиций, социального строя, занимают миролюбивую позицию, выступают против агрессивной политики империализма. Американская делегация в ООН подсчитала, например, что в 80% случаев развивающиеся страны выступают против позиции США, поддерживая предложения социалистических стран или выдвигая собственные, иногда совместно с социалистическими странами, предложения, направленные на прекращение конфронтации. Ведь для них конфронтация - это политика усиленной эксплуатации этих стран, экспорта контрреволюции, экспорта американских порядков. Поэтому борьба развивающихся стран против конфронтации - это борьба против войны и одновременно протест против произвола американских монополий.

Нельзя сказать, что и западноевропейские страны, даже союзники США, так уж четко поддерживают курс на конфронтацию. Они начинают осознавать, что есть у них свои интересы, интересы европейской безопасности, европейского сотрудничества, свои экономические интересы.

Но, конечно, самый важный позитивный фактор - социалистические страны, их мощь, их успехи, их активная политика. Расчеты США расшатать социалистические страны, ослабить их, истощить их экономику, навязав гонку вооружений, - нереалистическая надежда. За 1970 - 1983 гг., т. е. примерно за 14 лет, в странах социалистического содружества национальный доход увеличился на 81%. промышленное производство - на 100%. т. е. вдвое. В странах развитого капитализма национальный доход вырос на 42%, т. е. в 2 раза меньше, а промышленное производство - на 37%, т. е. почти в 3 раза меньше, чем в странах социализма.

Оборонные мероприятия, конечно, не облегчают нам экономическое развитие, но наш народ готов поддержать эти мероприятия, потому что понимает их необходимость, учитывая и уроки прошлого, и серьезность угрозы, которая существует сегодня. Но, несмотря на огромные усилия, которые мы предпринимаем в этом направлении, экономическое развитие у нас идет вперед, а в последние годы и в СССР и в других странах социализма оно ускорилось.

Силы, противостоящие конфронтации, наращивают активность, потенциал разрядки не исчерпан, а в чем-то и увеличивается. Так что есть у нас основания быть оптимистами. Конечно, не оптимистами пассивного ожидания, а оптимистами борьбы, потому что без борьбы, без активного использования всех имеющихся возможностей никакие проблемы в мире решить невозможно.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно