170

Чайф: Время подождет

Бытует мнение, что русский рок умер. Ну или, по крайней мере, корчится в предсмертных судорогах. Группа "ЧайФ" с каждым альбомом опровергает эту спорную аксиому. Наверняка будет лишним тому подтверждением новый опус корифеев отечественной рок-культуры под названием "Время не ждет", который увидит свет спустя три месяца после окончания записи. Об альбоме, о концертах, об аудитории и о судьбах русского рока "Молодой" беседовал с лидером группы Владимиром ШАХРИНЫМ.

-Насколько я знаю, вы перепели песню Бориса Гребенщикова "Где та молодая шпана?" Как вы считаете, пришла ли уже эта молодая шпана, сумеет ли она занять ваше место?

- У Борис Борисыча в этой песне есть такой маленький рефренчик - "ее нет, нет, нет". А мы на концертах поем: "она есть, есть, есть; она здесь, здесь, здесь". Потому что молодая шпана есть и есть очень интересные молодые группы. Я не думаю, что все случится так, как написано у автора, что "они сотрут нас с лица земли". Я вообще считаю, что музыка - это не трамвай, где нужно пихаться, толкаться, чтобы занять лучшее место у окошечка, что это вещь достаточно безразмерная и места хватит всем.

- Неужели так все замечательно и есть люди, которые могут прийти на смену?

- Они пришли, они есть, и я считаю, что если бы их не было - вот это было бы печально. Потому что тогда бы получалось, что мы занимаемся каким-то изначально мертворожденным видом искусства, без будущего, что мы - последние вымирающие динозавры и больше никому не интересно то, чем мы занимаемся. А раз появляются все новые и новые группы в арифметической прогрессии, их становится все больше и больше, значит, мы не зря потратили все эти годы, столько энергии и сил. Значит, у нас у самих есть будущее, значит, мы можем рассчитывать, что то, что мы делаем, будет интересно и дальше. И в принципе это бодрит - такая хорошая, здоровая конкуренция с молодыми. Стараешься, чтоб успехи были не меньше, чем у них, чтоб на сцене ты смотрелся не хуже, чем они. У каждого (причем и у нас, и у них) есть свои плюсы. У нас есть опыт, а у них, скажем, огромный запас тех тем, про которые они еще не пели. То есть у них проблема, условно говоря, придумать песню "Ой-ой" или "Аргентина - Ямайка", а у нас проблема не придумать этого еще раз и не повториться. И это безумно интересно.

- Как можно вызвать вдохновение?

- Мелодии все время насвистываются, какие-то строчки приходят. Просто опять-таки ты становишься более требовательным к себе, и внутренний личный контроль очень много отсекает. "Да, это здорово, отличная мелодия, но она очень похожа на то, что ты пел вот в этом альбоме" или "Вот это хорошая тема, но ты ее уже пел, и, по-моему, лучше, чем сейчас". И у нас не стоит каких-то конкретных задач, скажем, каждый год выпускать по 15 новых песен.

- А контракты не поджимают?

- Мы очень свободная группа, у нас нет никаких жестких контрактов. Мы абсолютно независимы от любых лейблов, пишем то, что хочется и когда хочется, создаем продукт и сами "выбрасываем" его на рынок. Надо сказать, этот продукт достаточно востребован, поэтому всегда есть некий элемент конкуренции между выпускающими фирмами, которые хотят иметь в своих каталогах альбомы группы "ЧайФ".

- В музыке вы опираетесь на традиции. Нет желания поэкспериментировать?

- Наворот ради наворота меня не интересует нисколько. Мы годами создавали эту узнаваемость, традицию группы, мы ее собрали из маленьких составляющих. И теперь вот просто взять и отказаться и начать делать что-то другое? Нам это не надоело, нам это нравится. Мы слушаем то, что происходит сейчас, если какие-нибудь новые звуки, приемы, элементы нам нравятся и мы считаем, что они нам к лицу, то мы их свободно применяем. Это как в одежде: будет абсолютно нелепо, если мы оденемся по молодежной моде. Просто же экспериментировать, чтобы об этом написали три журналиста?.. А нам-то что от этого? Ощущения гармонии нет, и это сразу же почувствует слушатель. Мы не играем для журналистов, мы играем для себя и для нашей публики. В новом альбоме у вас часто прослеживаются отсылки к наследию мировой музыкальной культуры. В частности, одна из песен посвящена группе "Creedence Clearwater Revival".

- Не приводят ли такие реверансы к плагиату?

- Дело в том, что, когда мы начали делать эту песню, Валера заиграл этот рисунок барабанный и говорит: "Слушай, вот ритм ложится прям как у "Криденс". Я говорю: "Отлично, давайте в студии попробуем записать, чтоб так же звучало". Вот это как раз и есть для нас эксперимент. Тем более что молодая наша аудитория не знает группу "Криденс". И если они после этого возьмут послушать пару пластинок "Криденс" - да мы будем просто счастливы, потому что это отличная музыка! Да и если нам всю жизнь нравилась группа "Rolling Stones", мы с удовольствием возьмем несколько риффов, которые будут похожи на эту группу, и ничего страшного в этом нет. Это нам интересно.

- Куда катится искусство начала XXI века?

- Иногда кажется, что все катится абсолютно в сторону коммерции и денег, но вдруг появляется песня или группа, которая опровергает эти мысли. Это и на западной сцене, и на нашей тоже. А сейчас у нас происходит процесс становления и развития - как в шоу-бизнесе Америки в конце 60-х. Рекорд-компании, фестивали, сценическое оформление, аппаратура - зарождается машина шоу-бизнеса.

- То есть мы отстаем более чем на 30 лет?

- В этом - да. По музыке, по звучанию, я думаю, уже гораздо меньше. Мы подобрались очень близко. За последние два года появились записи на абсолютном уровне.

- Чем можно стимулировать творчество в духовном плане?

- Если принять за догму, что творчество появляется, когда к тебе в дом прилетает муза, то, в общем-то, ничего со времен XIII века не изменилось. Музы по-прежнему такие же капризные дамы и любят то, что они любили и сто, и пятьсот лет назад.

- А если муза уйдет и не вернется?

- Это случается, это мы часто видим... В общем, печально будет. Безусловно, я не впаду в крайности. Я думаю, что есть определенный опыт, который может пригодиться в продюсерской сфере, в студийной работе, для работы на радио, на телевидении. Все равно эти 25 лет, что я занимаюсь музыкой, такой багаж купить нельзя, невозможно прийти в магазин и приобрести его на дискете или скачать с какого-нибудь сервера.

- Что бы вы сказали с трибуны, стоя перед толпой ваших почитателей?

- Думаю, что перед огромной толпой я бы или вообще не вышел читать речи и давать напутствия, или, если бы вышел, сказал: "Хорошо, что мы вместе, но не забывайте, что мы не толпа, не стадо, что каждый абсолютно индивидуален, у каждого из вас свой мир и своя планета, поэтому оставайтесь сами собой с учетом собственного достоинства и самосознания". То есть мне кажется, что не надо глобально сбиваться в стадо. Хорошо на футбол прийти поорать, на концерт прийти хором. А вообще лучше понимать, что ты сам - отдельная планета.

- Вам не кажется, что ваша аудитория слишком молода, чтобы понимать истинный смысл ваших песен?

- Во-первых, "это просто праздник какой-то" для сорокалетнего артиста: его слушают молодые люди. Было бы ужасно, если б наша аудитория взрослела вместе с нами. А здесь получается, что мы не теряем тех людей, которые ходили на наши концерты 15 и 10 лет назад, плюс все время появляется молодая аудитория. Я не понимаю, что они находят в наших песнях, потому что мы не пишем для них специально, не пишем детских песен. Но мне и не надо, наверное, понимать, просто это здорово, что они в этом находят что-то свое, что может их порадовать.

- Каким вы видите будущее русской рок-культуры?

- Она все больше и больше будет ассимилироваться с мировой. Дай бог, чтобы она имела свое лицо, национальное, фольклорное, чтобы мы не скатились до эстетики всяких "Макдоналдсов", гамбургеров и хот-догов, а оставались с элементами глубоко национальной, первозданной музыкальной культуры. Но она должна абсолютно спокойно влиться в мировую. К этому есть все предпосылки. Трудности могут возникнуть в самих музыкантах, и никакие внешние факторы не помешают. Главное, чтоб музыканты все это пережили, не сломались, не начали подстраиваться.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно