Примерное время чтения: 9 минут
127

ГОСТЬ РЕДАКЦИИ. Дм. Волкогонов: "Ни одного дела юрист Ульянов не выиграл"

В "АиФ" N 32 от 9 августа с. г. мы опубликовали отрывки из недавно вышедшей в свет книги "Ленин: политический портрет". Сегодня у нас в гостях ее автор - доктор философских и исторических наук, член-корреспондент РАН, генерал- полковник, депутат Государственной Думы Д. А. ВОЛКОГОНОВ.

- Дмитрий Антонович, работая над двухтомником о Ленине, вы узнали об этом человеке очень и очень многое. Что поразило вас больше всего?

- Как раньше говорили: поживи Ленин еще 20 лет, все сложилось бы совсем по-другому...

Это был глубоко ошибочный стереотип. Ленин на сто процентов был духовным отцом Сталина. Самый глубокий шрам на челе нашей Родины оставил именно он. Все корни бед России - от Ленина и ленинизма.

И в то же время Ленин был явно незаурядным человеком, с очень мощным интеллектом. Крупнейший, говорю только о масштабе, революционер XX века, он не стал пророком: ни одно из его известных предсказаний - помните, мировая революция, гибель капитализма, победа коммунизма - не сбылось. Я бы назвал его "великим грешником" - великий, но грешный.

Ленин никогда не любил Россию - здесь со мной многие не хотят соглашаться, но я все же остаюсь при своем мнении. И не только потому, что он в послании по поводу выпуска пропагандистского журнала мог написать: пригласите редактировать немца или швейцарца, а "русским идиотам" раздайте техническую работу. Он ведь пришел к власти только благодаря поражению своей Родины в войне, чего он так добивался, и гибели миллионов соотечественников.

Главным моим откровением стало то, что на известные всем вещи я посмотрел как бы с другой стороны. Но были и конкретные документы, которые вызвали у меня настоящий шок. Например, никогда не публиковалось письмо в Пензу с указаниями для Минкина, Бош. Ленин приказывает повесить сто самых крупных богатеев, кулаков, опубликовать их имена, отобрать весь хлеб, назначить заложников... Причем слово "повесить" подчеркнуто три раза, а затем в скобках добавлено "непременно повесить".

- Как же так случилось, что такой человек в России стал чуть ли не божеством?

- Революцию фактически сделали не большевики: ее сделала война. Любой, кто подсказал бы выход из четырехлетней бесплодной войны, должен был стать национальным героем. И Ленин совершил революцию только на одном: он обещал мир. В Петрограде стоял гарнизон - 200 тыс. человек, он передал им через своих людей: держитесь за большевиков, и никто из вас на фронт не отправится. И его поддержали!

Он обещал мир, землю, но отобрал свободу. Но никто не подумал, что без свободы цена и того, и другого обещания - нулевая. Так и получилось: ни мира не достигли, ни земли не получили, а свобода - даже не поняли, что это такое.

Ленин проявил себя непревзойденным мастером улавливать момент, мастером лозунга. Он очень точно чувствовал, когда и что можно сказать, даже лживое, чтобы за тобой пошли люди. Ведь у Временного правительства были варианты спасения.

Беда в том, что Керенский не нашел эти пути. "Гений" Ленина в том и заключался, что в тот момент не надо было воевать за власть: оставалось просто "подобрать" ее на мостовой Петрограда. И тут он был готов на все. Еще в апреле 1917 г. утверждал, что с немцами не может быть никакого мира, а через несколько месяцев начинает сепаратные переговоры...

Я считаю, что был даже человек, который мог бы предотвратить октябрьский переворот, да, не улыбайтесь, был: министр Временного правительства П. Малянтович. Ему Керенский отдал распоряжение разыскать Ленина, и если бы ему это удалось, то никакой "революции" не произошло бы. Позднее, на допросе, Малянтович говорил: "Учредительное собрание могло бы все миром решить, если бы тогда смогли арестовать Ленина".

- Создается впечатление, что у Ленина было какое-то "озарение" делать все именно так, как он делал.

- Говоря коротко, Ленину нужно было только одно: власть. Даже в последний период жизни, в перерывах между приступами болезни, он не делает никаких попыток от нее отстраниться. Это особенность тоталитарного режима. Вспомните более поздние времена. Андропов шесть дней лежал без сознания, а от его имени подписывали документы, письма, послания...

- Как свидетельствуют документы, приведенные в вашей книге, Ленин сам хотел умереть, но никто не решился ему "помочь". Его заболевание мозга было связано с наследственностью?

- Вероятно, да. Но есть и другая сторона, о которой мало кто задумывался. Ленин пришел в революцию сорокасемилетним, до этого времени он работал - в обычном понимании этого слова - всего полтора года помощником присяжного поверенного. Вел шесть дел мелких воришек, ни одного дела не выиграл. По-настоящему никем, кроме Надежды Константиновны, не руководил, а тут приходится заниматься государственными делами гигантского масштаба.

Он и телефоном-то плохо пользовался, без конца писал записки - десятки, сотни записок... Поэтому, кстати, в ленинские собрания сочинений, сборники попадали удивительные вещи.

Вот, скажем, инструкция о том, что делать с людьми, которые возвращаются в Кремль из командировок: в стране тиф, вши, надо проводить дезинфекцию. Писалась инструкция по санобработке, подписывалась вождем. И вот это "комендантское творчество" подавалось как ленинская "работа".

Ленин очень быстро "надломился". Мало кто знает, что уже в декабре 1917 г. - всего два месяца, как власть захватили! - он уехал в Финляндию на неделю в отпуск.

- "Ленин..." - заключительная часть трилогии "Вожди". Можно рассчитывать, что за ней последуют новые книги с неизвестными нам фактами и материалами?

- Сейчас я пишу то, что условно назвал "Семь портретов". Это история Советского Союза, отображенная через фигуры "первых лиц" - Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко, Горбачева... Очень много интересного нашел об Андропове. Из всех "вождей" этот человек лично мне показался наиболее глубоким. Он был "гэбэшник" до мозга костей, пытался такой же сделать всю страну, но был чрезвычайно умным человеком. Понимал, в каком состоянии страна и куда она катится.

Андропов писал в маленьком блокноте, очень разборчивым почерком, все эти листочки сохранились. Представляете - "особая папка", на ней - надпись: "Вскрывать только генеральному секретарю".

Интересно писать о Хрущеве, Горбачеве.

В результате работы комиссии, которая была создана в парламенте, мы раскрыли и передали в общее пользование семьдесят восемь миллионов архивных дел из восьмидесяти. С остающимися двумя миллионами нужно внимательно разобраться - насколько тут затрагиваются государственные, национальные интересы.

Некоторые вещи, правда, вызывают удивление - зачем им тут лежать? Например, кусок черепа Гитлера. В 1946 г. немецкий летчик Баумгардт сообщил в печати, что, мол, увез Гитлера в Копенгаген и за большие деньги обещал молчать об этом. Сталин забеспокоился. Назначили комиссию, привезли некоторые кости, найденные в 1945 г., исследовали череп, крупнейшие антропологи измеряли ширину носа... В конце концов доложили Сталину: кости действительно принадлежат Гитлеру. А кусок черепа так и остался в Москве.

А какой политический дивиденд можно извлечь из останков Линь Бяо и его жены? Линь Бяо пытался бежать из Пекина к нам, но самолет не был полностью заправлен горючим, хотели сесть ночью в Монголии, не получилось - самолет разбился. Так у нас не придумали ничего лучше, чем сложить останки в ящик и хранить в Москве! У Линь Бяо осталась дочь - надо отослать ей останки для захоронения.

И таких историй очень много. Я бы, например, в архивах спецслужб открыл дела, связанные с ликвидацией генералов царской армии - Кутепова, Миллера и других. Многие из них эмигрировали, работали в Париже официантами, таксистами. Некоторых выкрадывали, привозили в СССР и здесь расстреливали.

- Дмитрий Антонович, а вы могли бы поделиться собственными "секретами" - как все же вы сейчас работаете?

- Сейчас вновь только что приехал с лечения... Я уверен, что человек чаще умирает не от болезни, а от страха перед ней. У меня страха нет. Думаю, пару книг еще напишу.

Знаете, я давно научился писать стоя. Всегда ясная голова. Когда устаю, присаживаюсь на полчасика.

- Откуда у вас такая жизненная сила? Природа заложила?

- Я думаю, от мироощущения. Дух первичен. В меня очень многое заложила мать, умершая в ссылке... Она была преподавателем литературы, в глухой деревне вечерами читала нам Шекспира, Бальмонта, Софокла. Это осталось на всю жизнь. Я могу тысячу страниц написать без единой орфографической ошибки.

- А отца вы не помните?

- Отец был простой агроном... Скорее даже не агроном, а просто грамотный крестьянин. Однажды сосед увидел у него брошюру Бухарина. Сообщил. Отца вызвали - и он больше не вернулся никогда. Нам сказали, что умер. Позже я узнал, что его расстреляли. Суд длился 15 минут.

- Кем вы себя больше ощущаете - историком, генералом, депутатом?

- К истории я обратился не так давно. Еще молодым стал доктором философских наук. Изучал соотношение войны и морали. Спустя много лет, когда меня "сослали" в начальники Института военной истории, жена сказала: "Я уже слышала такие разговоры: как он может руководить историками, если он доктор философских наук?" И вот - докторская по теме "Генезис сталинизма".

, Диссертация, правда, ума не прибавляет, что бы ни говорили. Чины, титулы, награды - все это тлен. Земное бытие человека - суета сует. Но особые радости - постижение истины, подрастающие внучки, любые проблески выздоровления любимой России. Ведь мы пока еще находимся где-то посередине сумрачной долины на пути к демократическому, цивилизованному и процветающему обществу.

Материал подготовил Борис СТАНИШНЕВ.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно