Примерное время чтения: 6 минут
70

Только для читателей "АИФ". Кажется, начнем работать

Беседа нашего корреспондента Н. ЖЕЛНОРОВОЙ с Председателем Совета Министров России И. СИЛАЕВЫМ

- Все-таки мы дождались того "исторического" момента, когда собственность России будет приватизирована, поделена среди живущих в ней. Но как это будет происходить?

- Весь российский объем основных фондов будет поделен на количество проживающих, и каждый станет владельцем средств в качестве стартового капитала. По нашим расчетам, это примерно 7 тыс. руб. Сумма будет колебаться в зависимости от индексации. У каждого будет именная акция, и каждый вправе вкладывать ее в любое дело, менять эти деньги на определенное количество акций. Таким образом все мы станем совладельцами собственности России.

- Что же будет сделано по программе для насыщения потребительского рынка, снижения цен?

- К концу года мы собираемся отпустить "на свободу" цены по основной части продукции, защитив от воздействия временного роста цен ту часть товаров, которые входят в потребительскую корзину, и ту часть населения, которая должна быть защищена.

- Как будет проходить конверсия - перевооружение оборонных предприятий? За нее приходится платить, так как без затрат из шинели не сошьешь пальто, а из танка не сделаешь мини-трактор.

- Мы прекращаем раздавать бюджетные деньги и будем кредитовать только те предприятия оборонного комплекса, которые станут перестраивать свою экономику на производство потребительских товаров.

- Золотой червонец - это реальность?

- У нас появилась программа частичной конвертируемости - уже в этом году - рубля. Мы договорились о свободной купле-продаже валют - на аукционах, в банках.

- В других странах - Сингапур, Тайвань, Южная Корея - антикризисные программы творили чудеса. Уверены ли вы, что и российская программа талантлива и эффективна?

- Безусловно, наша программа даст свои результаты при условии включения в процесс всех групп наших граждан.

- Отрадно обо всем этом слышать, но почему российское правительство в течение почти года билось не за экономические реформы, которые могли бы стать вашей козырной картой, а за политическую власть?

- III съезд был созван не по инициативе демократов, хотя демократические преобразования в тот момент были под угрозой. Это и привело к мощному противостоянию. Но закончился съезд необходимостью сотрудничать со всеми партиями ради экономических преобразований, чтобы Россия стала на ноги. Бесплодные дискуссии на заседаниях, сессиях - это, конечно, издержки.

- Они занимают достаточно драгоценного времени. Почему же вы не учитесь на ошибках союзного правительства, почему так часто дублируете их?

- Да, лучше бы учиться на чужих ошибках. Все наши силы были брошены на разработку союзной программы под руководством Горбачева и Ельцина, и это длилось до 15 октября прошлого года, когда она была отвергнута.

- Неужели вы не понимали, что с Горбачевым могут быть любые неожиданности, и не имели запасного варианта действий? Может, это политическая наивность?

- Я бы не сказал, что это наивность. Мы все-таки рассчитываем на последовательность президента, реализацию его собственных обещаний. Это не состоялось.

- Однако когда это "не состоялось", почему Ельцин заявил, что Россия приступит к реализации программы "500 дней", но не приступила?

- Не ожидая решения Верховного Совета РСФСР (а мы рассчитывали, что оно будет положительным), был просто перенесен срок внедрения. Это была попытка дать импульс, подтолкнуть к принятию программы. Но, к сожалению, не получилось.

- Почему бы тогда же не начать что-то делать, не дожидаясь, когда пройдут осень, зима, весна, когда будут утрачены надежды и обмануты ожидания россиян? Что толку от любой замечательной программы, если она не реализуется? Ведь ваши позиции потому и уязвимы, что при обилии заявлений, решений дела-то очень мало!

- Во-первых, программа "500 дней" была исключительно союзной, она не давала возможности для автономных действий. Во-вторых, мы первые серьезно подготовили и утвердили программу земельной реформы. В этот момент шли такие политические процессы, которые деформировали намерения нашего правительства. Так произошло с закупочными ценами, когда мы их сделали выше союзных.

- В этом уже виноваты именно вы, как премьер-министр.

- Но у нас же не самостоятельное государство со своей валютой, границей. Мы должны работать в общем экономическом пространстве, которое не позволяет нам действовать самостоятельно, энергично и смело.

- Но участь политика в том и заключается, чтобы обходить возможные барьеры, употребляя и хитрость, "и таску, и ласку", лишь бы достичь нужного результата. Вы же действуете прямолинейно и бесконечно натыкаетесь на препятствия, потом взываете к сочувствию. От этого появляется раздражение. Ведь если вы взялись за конкретную работу, то не важно, кто и как вам препятствует, а важно, чего вы достигли.

- Я не сторонник хитрости, у меня этого нет в характере. Может быть, к сожалению. Но меня не переделаешь. Я человек действий честных, принципиальных. Хитрость это сфера политиков.

- Скажите, почету бы нам не согласиться на план Маршалла?

- Видите ли, когда начался процесс "о 140 млрд.", то очень крепко зацепились за высказывание Г. Фильшина, что этот проект - часть плана Маршалла. И это сыграло свою роль в принятии решения об освобождении Фильшина от его должности. Но я думаю, что сегодня этот вопрос вполне уместен. И возможно, что коллективный разум в стране может прийти к такому предложению.

- Почему вы так легко отдали Фильшина? Ведь сделка, о которой так шумели, даже невзирая на досадные издержки политического плана, в случае ее реализации могла принести большую пользу - это понимают многие экономисты.

- Мы не соглашались и категорически возражали против попыток "убрать" Фильшина, считали, что это организованная и целенаправленная деятельность по дискредитации российского правительства. Это значит, что правительство было не таким уж робким и слабым.

- Но тем не менее оно оказалось слабым, когда отдало Фильшина.

- Мы четко высказали свою позицию в поддержку Фильшина, а что еще могли сделать?

- Почему бы нам не пригласить для составления программы нужных зарубежных экономистов, чтобы они своим авторитетом как бы освятили ее?

- Это уже происходит. В. Леонтьев изучал, одобрил нашу российскую программу и привез с собой адвоката-профессионала, который будет нам помогать в реализации этой программы.

- Допускаете ли вы, что снова все силы могут увязнуть в политической борьбе?

- Вполне возможно.

- Повлияет ли положительным образом совместное "заявление десяти" на реализацию

программы?

- Мы на это крупно рассчитываем.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно