Примерное время чтения: 6 минут
161

Жук страшнее ящура

ПРИРОДНЫЕ катаклизмы не проходят бесследно. В июне 1998-го по Москве и области пронесся печально памятный ураган. Минуло три года, и теперь мы можем сполна ощутить последствия тех изменений, которые он внес в природные системы Подмосковья. Речь идет о развивающейся в настоящее время вспышке массового размножения жука-короеда под названием типограф (Ips typographus L). Специалисты говорят, что именно благодаря урагану этот вредитель получил в свое распоряжение великолепную кормовую базу в виде погибших деревьев. Теперь ситуация стала настолько критической, что, если не принять экстренных мер, "зеленые легкие" столичного региона будут изрядно подпорчены. "Короед для Подмосковья такая же беда, как ящур для Европы. Даже страшнее", - считает начальник предприятия "МГ Управление лесами" Юрий Пономаренко.

Скрытный вредитель

ВООБЩЕ-ТО короеды, как и прочие насекомые, - обязательный компонент лесной экосистемы. Они выполняют свою скромную задачу: перерабатывают так называемый естественный отпад - усохшие по тем или иным причинам деревья. Да еще служат кормом нашим пернатым друзьям... Все бы ничего, но раз в 20-30 лет короед типограф ("специализирующийся" исключительно на елях) становится причиной стихийного бедствия, которое может привести к экологической катастрофе. Такая картина и сложилась на данный момент.

"После урагана 98-го года леса оказались ослаблены, и короед моментально на это отреагировал, - рассказывает профессор Московского государственного университета леса, доктор биологических наук Екатерина Мозолевская. - В 1999 году типограф заселял те ели, которые больше всего пострадали от ветра и не могли оказать вредителю должного сопротивления. В то лето, если вы помните, стояла засушливая погода - она способствовала размножению жука. В результате его численность увеличилась в несколько раз, и на следующий, 2000 год короед обрушился всей армадой уже на здоровые деревья. Наступающим летом стихийное бедствие продолжится, а заселение деревьев жуком начнется в первой половине мая".

Здоровое дерево способно сопротивляться вторжению короедов (хвойные выделяют смолу, а лиственные - соки, которые заливают колонии насекомых), но когда их становится катастрофически много, сопротивление бесполезно. Самцы проникают под кору, проделывают ходы и обустраивают брачные камеры, куда затем слетаются самки. Сначала по внешнему виду дерева сложно определить, что оно заселено типографом. Хвоя долго остается зеленой, и лишь при ближайшем рассмотрении на коре можно заметить входные отверстия. Позднее крона ели высыхает, а хвоя осыпается под воздействием птиц. Спасти дерево уже невозможно.

"Типограф относится к насекомым, ведущим скрытный образ жизни, - поясняет Юрий Пономаренко. - Он очень маленький, всего 4-5 мм, прячется под корой. Бороться с ним трудно. Дерево погибает за несколько недель. А ведь ель - это символ Подмосковья и основная лесообразующая порода нашего региона. Конечно, полностью уничтожить типографа невозможно, да и не нужно, но уменьшить его численность надо". Высчитать размер популяции злобного насекомого практически нереально. Специалисты оперируют таким понятием, как общая площадь его очагов (имеется в виду площадь заселенных им лесов). В настоящий момент она составляет около 6 тыс. га. Также известно, что в одном даже небольшом очаге зимует до 500 тыс. жуков. А на одном заселенном дереве их помещается до 20 тыс.

Ловушка не для дачника

СЕЙЧАС короед типограф размножился во всех подмосковных лесничествах, но предпочитает он те угодья, где много старых елей и где лес подвержен неблагоприятному воздействию рекреационной нагрузки. О чем идет речь? Во-первых, это загрязнение окружающей среды. Во-вторых, проведение дорожных и строительных работ. То есть (наверное, всем это очевидно) - в ближайшем Подмосковье и в узеньком колечке лесопарковой зоны Москвы. Коттеджи и элитные поселки растут вокруг столицы, как грибы после дождя. При этом каждый владелец участка желает, чтобы его дом стоял ближе к лесу, а еще лучше - чтобы сосны и ели росли прямо во дворе. А ведь механическое вторжение в почву, неизбежное при строительстве, ее загрязнение или асфальтирование вызывают болезненную реакцию со стороны леса. Как любой живой организм, он сопротивляется и слабеет. А короеды только этого и ждут...

По словам Екатерины Мозолевской, необходим комплекс мероприятий по борьбе с бедствием. Многие очаги поражения уже установлены, проведена аэрофотосъемка. Но сами мероприятия требуют немалых денег, и выделять их должна не только областная, но и городская администрация. Денег, как всегда, не хватает... "Первое, что надо сделать, - произвести санитарные рубки, - говорит Мозолевская, - чтобы лес окончательно не погиб. Ведь на многих лесных территориях Подмосковья запрещены рубки главного пользования, так как у нас леса первой группы - они не предназначены для заготовок древесины, а служат только экологическим целям. Поэтому в области много старых, ослабленных деревьев и насаждений ели... Другое необходимое мероприятие - вывешивание феромонных ловушек и их обслуживание".

Феромонная ловушка - это приспособление из прозрачного пластика. Жуки летят на привлекающий запах химического вещества, ударяются о перегородку и падают в стакан, который надо периодически опорожнять. Такие ловушки работники лесхозов вывешивают на деревьях - в среднем по пять штук на 1 га. И убедительно просят дачников и прочих "лесных визитеров": не трогайте их! Понятно, что народ наш падок до халявы и норовит стащить то, что плохо лежит (в данном случае висит), дабы пристроить в подсобном хозяйстве. Но от феромонной ловушки алчному селянину пользы не будет: ни для чего, кроме как для уничтожения типографа, она не годится.

Кстати, для населения уже отпечатаны листовки - вскоре они появятся на заборах и стенах домов. Тем, кто принципиально не читает то, что пишут на заборах, мы вкратце перескажем содержание листовки. Помимо просьбы не уничтожать ловушки она содержит призыв бдительно следить за тем, чтобы этого не делали другие. Предупреждает о том, что санитарные вырубки не должны пугать сентиментальных любителей природы (говорят, высадят новые). И советует не посещать леса, погибшие от короеда типографа. Нет, не потому, что жук опасен для человека. Просто мертвый лес - это сухой лес, потенциальный источник пожара. А лесной пожар - это беда страшнее, чем нашествие насекомых. И, значит, страшнее ящура.

Смотрите также:

Оцените материал

Также вам может быть интересно